«ВСТРЕЧЬ СОЛНЦУ…»

Татьяна-Карповна-Кушнарева
Памяти Татьяны Карповны Кушнаревой

Казачий род Клыжко и освоение Дальней России …

 

                                 

Особое значение дальневосточных земель России для внешней и внутренней политики страны всегда ясно понималось ее правителями. Здесь бывали Наследник Цесаревич Николай Александрович, Великие Князья, Генеральные секретари, президенты и премьеры… Несмотря на все политические тайфуны и муссоны наша держава продолжает твердой ногой стоять на дальнероссийском рубеже. Обустраивать эти земли в третьей четверти XIX в. прибыл с семьей и мой пра-пра-пра-прадед. Здесь ковались люди особой, «имперской», породы.

 

Продвижение на восток Русской цивилизации сперва носило разовый, можно сказать, индивидуальный характер «хождений за три моря», религиозных поисков обетованного Беломорья, потом географических, казачьих и торговых экспедиций. С эпохи Царя Иоанна IV Васильевича Грозного началось государственное освоение Сибири и Дальнего Востока. По выражению М.В. Ломоносова, «Россия будет прирастать Сибирью». С насиженных и обустроенных мест люди уходили «встречь солнцу», как о том сообщают древние летописи. Стали возникать первые поселения, крепости, форпосты — Тобольск, Мангазея, Хабаровка, Посьет… В отличие от испанской, английской или американской колонизаций новых территорий огнем и мечом, русские шли к Тихому океану, по точному определению известного миссионера конца XIX- начала XX века о. Иоанна Восторгова, «с Крестом и Евангелием». С 1860 г. на географических картах появился порт, самим наименованием закрепивший главенствующую роль России на этих землях — «владеющий Востоком» — Владивосток.

К концу XIX — началу XX века Дальний Восток, или как его еще называли в тогдашней печати — Дальняя Россия, стал неотъемлемой составной частью Российской империи. Глубокими и прочными узами край был связан со всем ее социально-экономическим и политическим строем, развиваясь под воздействием тех же основных процессов, которые были присущи и стране в целом. Как пишут современные авторитетные исследователи А.И. Алексеев и Б.Н. Морозов, в эту эпоху «положение на Дальнем Востоке (…) находилось в центре внимания правительства России» (Алексеев А.И., Морозов Б.Н. «Освоение русского Дальнего Востока». М. 1989. С. 5).

Вместе с тем, Дальний Восток имел только ему присущие черты, выделявшие его в особый район. Главными из них были: хозяйственное освоение и прибытие переселенцев из центральной части страны; военное положение как форпоста; протяженные сухопутные и морские границы как предпосылка для развития торговых и культурных связей со странами Азиатско-тихоокеанского региона. Решение такой глобальной цивилизационной задачи было по силам только нашей исторической мощной триаде: церкви, государству и народу. Итожа выполнение первой части этой задачи, академик А.Л. Нарочницкий писал: «Освоение северо-восточных областей Евразии русским народом и русские географические открытия принадлежат к выдающимся явлениям мировой истории» (Нарочницкий А.Л. «Западные державы и государства Восточной Азии в XVI-XVIII вв. Международные отношения на Дальнем Востоке». Кн. 1. М. 1973. С. 7).

Среди сотен тысяч русских переселенцев, творивших «мировую историю» на Дальнем Востоке, оказался и древний казачий род Клыжко. Первым, известным на сегодня прародителем этого рода, был казак Петр Клыжка, рождения ок. 1780 года, славный предок автора этих строк. У него родилось три сына: Даниил, Прокопий и Петр. Имеются незначительные сведения и об их детях. Так, у Даниила Петровича Клыжка было трое сыновей: Василий, Григорий и Иван.

Таблица-рода-Клыжко
Таблица рода Клыжко

Их родовое гнездо — село Бирино (Бирин) Новгород-Северского уезда Черниговской губернии, входившей в те годы в состав Российского Государства. По мнению выдающегося краеведа Левобережной Украины А. Лазаревского, с. Бирин было основано не позднее XVI века, а возможно и раньше. Во времена Гетманщины казаки села входили в Шептаковскую сотню Стародубского полка, а крестьяне — в Шептаковскую волость, которая была ранговой (т.е. служебной) местностью (имением) гетманов Украины. В состав волости крестьяне села входили в 1665-1713 г.г., а в 1713 г. гетман Иван Скоропадский закрепил их за основанным им и его женой Анастасией (Настей) Пустынно-Харлампиевским Гамалеевским монастырем. В конце XIX в., на момент переселения казаков на Дальний Восток, село Бирино находилось в общем владении вдовы губернского секретаря Н.А. Косинской, общества казаков и казенных крестьян.

По частично сохранившимся с 1798 по 1844 годы метрическим книгам о рождении, сочетании браков и умерших Георгиевской церкви подтверждается проживание рода Клыжко в с. Бирино с 1811 года. Косвенные признаки указывают на более раннее появление рода в этих местах, а также на то, что мужчины этого рода были, в основном, казаками и свой казачий род ведут не позднее середины 18 века. Тому подтверждение — запись в метрической книге Георгиевской церкви с. Бирина за 1838 год о смерти 88-летней Марины Павловны Клыжкиной, казачки, вдовы. Нетрудно подсчитать, что год ее рождения — 1750. В метрических книгах также встречены упоминания и о других казаках этого рода: о Гаврииле Трофимовиче Клижка как поручителе при бракосочетании (1838 г.), о Терентии Григорьевиче Клижка, казаке, как восприемнике при рождении (1811 г.), Екатерины Елисеевны Клыжкиной, казачки (1836 г.). Кроме того, в материалах Черниговской межевой палаты сохранился список казаков с. Бирин (Бирино) за 1886 г., вызванных повесткой для свидетельствования при размежевании земли села, в котором упомянуты Василий Данилов (сын) Клыжка, Иван Данилов (сын) Клыжка и его наследник Павел, а также казаки по фамилии Клыжка: Ефим и Яков Петровичи, Мария Леоновна, Степан Миронович, Давид Петрович, Федос и Иван Прокофьевичи, Купреян, Марк и Корней Степановичи. И сегодня в с. Бирино живет две семьи рода Клыжко, сохранившие верность родовому гнезду.

Точных данных, с какого времени род Клыжка стал казачьим, не имеется, но существует три версии:

  1. Со 2-ой половины XV века, при поселении беглых из захваченных Польшей территорий Украины за пределами линий сторожевых укреплений на южной и юго-восточной окраинах России и Украины, в основном по pp. Днепр, Дон и Яик и их притоков. Село Бирино находится вблизи р. Десны, притока Днепра.
  2. С середины XVII века при образовании Слободского Казачества на территории восточной части Украины, отошедшей к России.
  3. Позже, при пополнении казачьих станиц вольными людьми.

Возможно, в дальнейшем будут найдены факты, подтверждающие ту или иную версии.

Фамилия на родине звучала и писалась как КЛЫЖКА, правда, встречаются и другие вариации Клижка, Клыжкина, но неизменно оканчивается на букву «а». Имеется основание считать, что эта фамилия у рода была уже около 1770 года, а возможно, и ранее.

По метрическим книгам, хранящимся в Государственном архиве Черниговской области, фамилия Клыжка прослеживается до 1844 года, в списке казаков села значится Василий Данилов (сын) Клыжка, да и все другие казаки этого рода под фамилией Клыжка. Фамилия произносилась и писалась в родительном падеже.

Уже с начала 18 века казачьи общины были преобразованы в иррегулярные казачьи войска. В 1721 году они перешли в ведение военного ведомства; постепенно отпала необходимость в выборности войсковых атаманов и старшин, которые стали назначаться правительством, а слободские казаки Манифестом Императрицы Екатерины II от 28 июля 1765 года были превращены в войсковых обывателей. К концу XIX в. быт казаков Черниговщины устоялся, но дух прежней вольницы, смелых походов, лихих стычек с врагами по-прежнему кипел в их крови. Даже иностранец, французский инженер Боплан, долго живший на Украине, хорошо уловил дух вольного казачества. «Казаки, — записал он, — страстно любят свободу и смерть предпочитают рабству». Недаром о казаках в исторической науке сложилось устойчивое мнение как о «бесшабашных удальцах, которые легко переносят холод и голод, зной и жажду, в войне неутомимы, отважны, храбры или, лучше сказать, дерзки и мало дорожат своей жизнью» (Скрынников Р.Г. «Ермак». М. 1992). Вот почему обращение правительства к массовому переселению на Восток у казаков с. Берино пало на благодатную почву. Вполне вероятно, что именно желание получить землю и свободу было основной причиной, заставившей потомственных казаков из рода Клыжко переселиться в Южно-Уссурийский край, несмотря на предстоящие трудности бытия на новом месте.

Внук основателя рода Петра, Василий Данилович Клыжко, в 1886 году, в возрасте 56 лет, решился с семьей покинуть родину и поехать осваивать далекие земли. Его жене Агафии на момент переселения исполнилось уже 50 лет. С ними отправились трое их сыновей: Андрей, Косьма и Иван. Старший сын Андрей был женат, и в семье подрастала двухмесячная дочь Евгения.

Это был второй период заселения Дальнего Востока, начавшийся с 1883 и продолжавшийся до 1899 года, когда резко увеличилось число переселенцев. Оно было больше, чем за предшествующие годы. Вот что пишет об этом времени современный исследователь Л.Л. Рыбаковский: «…Среди переселенцев в Приамурский край значительный удельный вес занимают выходцы из центрально-черноземных губерний и с Украины, особенно из Черниговской губернии». Переселенцев привлекали свободные земельные наделы и значительные государственные льготы. Согласно закону в Южно-Уссурийском крае отводилось в пользование 15 десятин удобной земли на каждую душу мужского пола и не более 100 десятин на семью. Землю можно было приобрести и в собственность, уплатив по 3 руб. за десятину. В течение 5 лет переселенцы освобождались от государственных податей и повинности. (Рыбаковский Л.Л. «Население Дальнего Востока за 150 лет». М. 1990).

До Одессы семейство Клыжко добиралось, где на лошадях, а где по железной дороге, преодолев путь более чем в 600-700 км. В списках своекоштных переселенцев Черниговской губернии, отправляемых в Южно-Уссурийский край на пароходе Русского общества Пароходства и Торговли «Царь» 20 марта 1886 года, под номером 60 записан казак Василий Данилович Клыжко из с. Бирина Новгород-Северского уезда Черниговской губернии (Российский государственный исторический архив Дальнего Востока (РГИА ДВ). Ф. 702. Оп. 5. Д. 495). Причем, впервые фамилия зафиксирована в именительном падеже.

Список-переселенцев-Черниговской-губернии-1886-года
Список переселенцев Черниговской губернии 1886 года

Как и при переселении, в Южно-Уссурийском крае в дальнейшем фамилия Клыжка претерпела также изменения, и в настоящее время потомки Василия Даниловича, живущие в Приморском крае и за его пределами, имеют фамилии Клыжко, Клышко, а женщины этого рода встречаются с фамилиями Клыжкова, Клыжова.

28 апреля 1886 года пароход «Царь» причалил к берегам бухты Золотой Рог г. Владивостока. Пароходы в Одессе комплектовались переселенцами одной губернии. Так, в той партии на судне «Царь» прибыли только черниговцы из разных уездов, всего 63 семьи (440 душ). Все они добирались своекоштным способом, т.е. за свои деньги. Всего в весенний заезд 1886 г. пришли из Одессы четыре парохода — «Царица», «Россия», «Санкт-Петербург», «Царь», на которых было отправлено 222 семьи (1742 души). Не все они выдержали тяготы морского пути – дорогой умер 51 человек.

Семья Василия Клыжко, состоявшая из 7 душ, внесла сумму залога 1140 руб. По окончании переселения в г. Владивостоке им был представлен расчет, и остаток денег возвращен. Так, по расчету, проезд по железной дороге с места жительства до Одессы составил 39 руб. 58 коп. Остаток по отчету исправника Руцкаго — 1100 руб. 42 коп. Платежи за услуги перевоза на пароходе с учетом питания составили на одного взрослого по 60 руб. и 40 руб. на ребенка (Ивана). Евгения, которой было два месяца, в расчет не бралась. Итого удержано было 340 руб. за перевоз семьи Клыжко на пароходе. Стоимость перевоза багажа составляла 5 коп. за весь груз. Остаток в сумме 760 руб. 34 коп. был возвращен Василию Даниловичу Клыжко на обустройство.

По прибытии во Владивосток переселенцев размещали по баракам. Заведующий переселением в Южно-Уссурийском крае Ф.Ф. Буссе перед приходом очередного судна объезжал поселения, выясняя, где и сколько осталось свободных мест, и предлагал их на выбор переселенцам.

Переселенцы-в-Южно-Уссурийский-край.-Конец-XIX-века
Переселенцы в Южно-Уссурийский край. Конец XIX века

Вот как писал о расселении вновь прибывших Ф.Ф. Буссе: «…Отправка переселенцев производилась по возможности быстро, поэтому продолжительность пребывания семьи в бараках больше зависела от времени посланного ею ходока. В общем надо считать, что последние переселенцы каждого эшелона оставляли город через три и редко четыре недели по прибытии парохода» (Буссе Ф.Ф. «Переселение крестьян морем в Южно-Уссурийский край в 1883-1893 гг. с картою». С-Пб. 1896). Переселенцами не только пополнялись уже обжитые поселения, но и образовывались новые деревни и села. Места для этих поселений предлагались им, или они могли выбрать сами.

Семья Клыжко выбрала для поселения село Владимиро-Александровское Сучанского участка. Наиболее удобный путь добраться из Владивостока до Владимиро-Александровки был морской. Благодаря сохранившемуся отчету Ф.Ф. Буссе по расселению переселенцев весеннего заезда 1886 г., известно, что «…желающие водвориться в Сучанском участке нанимали китайскую шаланду».

Название Владимиро-Александровское село получило от названия речек, между которыми оно расположено. Образовано в 1854 году (Анучин Г. «О переселении русских людей в Приморский край». Вып. 1. Б.г.). Массовое заселение с. Владимиро-Александровского закончилось в 1885 г., тогда было направлено на жительство 33 семьи (207 чел.), прибывшие eще за казенный счет. Из весенней партии 1886 г. были поселены только 2 семьи (13 душ), в том числе семья Василия Клыжко. В это время село относилось к Сучанскому участку Южно-Уссурийского округа и являлось его центром, с введением уездного деления село Владимиро-Александровское стало центром Сучанской волости Ольгинского уезда Приморской области.

В материалах обследования крестьянских хозяйств Приморской области в 1912 году имеются следующие сведения о селении Владимиро-Александровском:

«Селение расположено в долине при р. Сучане и Владимировке, в 130 верстах от г. Владивостока, в 75 верстах от ж. д. станции Кангауз. Через селение проходят следующие дороги: почтовая в пост Св. Ольги, тоже на Сучанский каменноугольный рудник, проселочная в Хмелевку и такая же в бухту Находка.

Участок отведен в 1890 г. на 82 номера. После первых засельщиков, прибывших в 1865 г., никто не переселился до 1885 г. Выбор места для поселения произведен ходоками. По прибытии на участок устраивали землянки и избы, лес для построек брали на своем наделе. Скот покупали у местных китайцев, инвентарь у них же или во Владивостоке. Первое время крестьяне занимались хлебопашеством. За все время существования из селения ушли только 3 семьи в другие места области. Бывали нападения на новоселов со стороны китайских хунхузов» (Меньшиков А. «Материалы по обследованию крестьянских хозяйств Приморской области. Т. IV. Описание селений. Саратов. 1912). По р. Сучан с моря к селению подходили шаланды с товарами. Летнее сообщение с селом осуществлялось пароходом из Владивостока. Время в пути составляло 16 часов.

По сохранившимся родовым преданиям, на первых порах жизнь у моря преподносила новичкам немало сюрпризов. В те годы рыбы – кеты ловилось много, да и стоила она очень дешево – 3 рубля воз. Переселенцы научились, как ее готовить, а вот что делать с икрой, не знали. Пытались варить, жарить… Икра лопалась, твердела и была невкусной. Они ее выкидывали. Потом узнали, что ее надо солить…

На момент переселения во Владимиро-Александровское Василия Клыжко с семьей в селе была деревянная церковь, построенная в честь иконы Владимирской Божией Матери. Таинство крещения, бракосочетания и отпевания совершал священник Григорий Прозоров.

Действовала в селе и церковно-приходская школа. Как свидетельствуют архивные документы, «школа была построена в 1888 г., но еще до устройства школы в бытность на Сучане Его Императорского Высочества Великого Князя Александра Михайловича, крестьяне в разговоре упомянули о необходимости устройства школы, присовокупив, что желали бы (открыть ее) в память посещения Сучана Его Императорским Высочеством, на что Великий Князь выразил полное сочувствие к устройству школы и тут же приказал выдать крестьянам 100 рублей, которые и получил бывший в то время общественный староста Игнатий Пика. Деньги пошли на устройство школы» (РГИА ДВ. Ф. 1. Оп. 5. Д. 616). В этой школе училась и Евгения Клыжко, и многие другие из рода Клыжко. В 1894 г. крестьяне с помощью пристава приступили к реконструкции школы, используя деньги общества. В 1898 г. школу посещало 29 мальчиков и 13 девочек.

Имелась в селе и лечебница Сучанского участка. Вот ее описание из книги «Сельская медицина Приморской области за 1911 год»: «Лечебница на 6 кроватей, построена в центре села, близ горы, деревянное здание, с боковым коридором, имеет 5 палат, комнату акушерки и кухню. Квартиры врачу и фельдшеру нет. При лечебнице врач, фельдшер и акушер, прислуги двое». Эта книга находилась в медицинском отделе хабаровской выставки к 300-летию Династии Романовых в 1913 году.

О том, что с. Владимиро-Александровское уже в то время было политическим и культурным центром уездного значения, говорит следующий факт: в 1914 г. Государь Николай II утвердил положение «О Состоящем под ВЫСОЧАЙШИМ ЕГО ИМПЕРАТОРСКОГО ВЕЛИЧЕСТВА покровительством Романовском комитете» с целью «воспособления сирот сельского населения без различия племен, состояний, сословий и вероисповеданий, а равно объединения правительственной, общественной и частной деятельности в этой области». В Южно-Уссурийском крае было создано 4 уездных отделения. Одно них — Ольгинское — с центром в с. Владимиро-Александровское, которое возглавил местный священник отец Петр Лапикен (РГИА ДВ. Ф. 702, Оп. 3. Д. 518).

В связи с ограниченностью земельных наделов заселение села было прекращено. Правда, еще в 1888 году, на освободившиеся земли, в связи с выбыванием, заселено 2 семьи (14 душ). Вблизи с. Владимиро-Александровского образовались поселения: Екатериновка, Хмыловка, Золотая Долина, Козьмино.

Род Клыжко был тесно связан с другими переселенцами: Pуденко, Громовыми, Алексеевыми, Соломенными, Колесниковыми, Горбачевыми, Касаткиными из с. Владимиро-Александровского; Косницкими из д. Унаши; Доман из д. Екатериновка, Федько из д. Хмыловка, с которыми делил заботы и радости бытия.

В дальнейшем род Клыжко, в связи с созданием новых семей, увеличивался и отпочковывался от родителей, расселяясь в эти вновь образованные села. Проживание рода Клыжко в с. Владимиро-Александровском первоначально, а в дальнейшем расселение его в села Екатериновку, Хмыловку, Врангель, Сучанский рудник, а затем уже в города Никольск-Уссурийский, Владивосток, Находку, Лесозаводск прослеживается по церковным метрическим книгам, где отражено рождение, бракосочетание и смерть. Был у рода Клыжко и свой хутор в 30 км. южнее с. Владимиро-Александровского, в верховьях притока р. Глинки. Хутор с названием «Клышко» зафиксирован на топографической карте масштаба 1:84 000 съемки 1910 г. (Топографическая карта Южно-Уссурийской области, съемка 1910 г. масштаб 1:84 000). Память о роде Клыжко, осваивавшем свободные земли Южно-Уссурийского края, запечатлена и в географическом названии сопки с высотной отметкой около 380 м, расположенной южнее в 1-1.5 км. от хутора «Клышко». Название сопки Клышко имеется на всех специализированных топографических картах масштаба 1:50 000.

Все трое сыновей Василия Даниловича Клыжко стали крестьянами Южно-Уссурийского округа Сучанской волости с. Владимиро-Александровского. В селе Владимиро-Александровском у них родились дети: у старшего Андрея Васильевича Клыжко и его жены Ксении Федоровны родился сын Федор (р. 1889 г.), дочь Варвара (р.1891 г.), дочь Дарья (р. 1895 г.), сын Александр (р. 1896 г.); среднего – Косьмы и его жены Евгении Авксентьевны родились сыновья: Иван (р. 1891 г.), Федор (р. 1893 г.), Михаил (р. 1900 г.) и дочери: Васса (р. 1896 г.), Елизавета (р. 1898 г.), Антонина (р. 1905 г.); младший сын Василия Даниловича Клыжко – Иван обручился в с. Владимиро-Александровском с Афанасией Трифоновной Фелько из д. Хмыловки. Таким образом, село Владимиро-Александровское стало родовым для потомков казака Василия Даниловича Клыжко.

Сведения о своих многочисленных предках и родственниках по крупицам долгие годы собирала летописец рода Татьяна Карповна Кушнарева (05.11.1944-28.05.2016), сама человек выдающийся – заслуженный геолог России, заместитель председателя Приморского краевого клуба «Родовед», автор книги «Янковские» о знаменитом польском роде, внесшем большой вклад в освоение Дальнего Востока (Кушнарева Т.К. «Янковские. Записки клуба «Родовед». Владивосток, 2008). Изыскания о нашем роде составили книгу Т.К. Кушнаревой «Приморье: судьбы переселенцев Клыжко» (Владивосток, 2011).

В результате кропотливых архивных изысканий, запросов в другие города и страны, поездок и встреч Т.К. Кушнарева вместе с сестрой Альбиной Карповной Цыганок составили летопись рода Клыжко. Получился солидный фолиант в 360 страниц большого размера. Установлено, что род Клыжко за время бытия на Дальнем Востоке породнился с 43 фамилиями, среди которых: Арсентьевы, Бугаевы, Волынские, Крыловы, Лесковы, Платоновы, Семиковы, Яковлевы и др. Среди них люди всех социальных слоев и положений: крестьяне, рабочие, служащие, военные, доктора и кандидаты наук, множество орденоносцев, есть даже Герой социалистического труда и лауреат Ленинской премии – геолог В.В. Онихимовский.

Более того, в ходе работы над летописью рода Татьяна и Альбина Карповны выяснили «тайну» рождения собственной матери, которая долгие годы скрывалась в семье по политическим мотивам.

Дело, по рассказу Т.К. Кушнаревой, обстояло следующим образом:

«С мамой, Розой Петровной Цыганок, урожденной Чмырь, я прожила всю жизнь, а это — полвека. Мне и всем родным было известно, как то и записано в паспорте, что мама родилась 30 сентября 1910 года в г. Никольск-Уссурийском. Крещена была православной верою, и при крещении получила имя София. День рождения мамы родственники всегда отмечали именно в день памяти святых Веры, Надежды, Любови и матери их Софии. Несмотря на то, что «в миру» – на работе, в официальной обстановке маму называли Роза Петровна, ее отец и мой дедушка, Петр Леонтьевич, до самой смерти звал ее только Софьей, да и письма от старых друзей приходили на «первое» имя.

По семейным преданиям было известно, как произошла смена имени. После установления советской власти в моду по всей стране вошли так называемые «красные крестины». При вступлении детей в пионеры они должны были из «бочки счастья» тянуть опущенные туда на веревочках бумажки с записанными на них именами революционеров. Юная Софья вытащила листок, на котором стояло — «Роза Люксембург». Так потомственную казачку «перекрестили» в честь немецкой феминистки.

История эта в семье была известна, поэтому при составлении родословной искала в метрических книгах запись о рождении Софьи Петровны Чмырь, но не находила. Уже отыскались сведения о рождении в г. Никольск-Уссурийском других родственников, и, зная, что они жили в железнодорожной слободке возле вокзала, внимательно изучила метрические записи Никольской (вокзальной) церкви, прихожанами которой были бабушка — Евгения Андреевна, урожденная Клыжко, и дедушка, Петр Леонтьевич Чмырь. Но, к моему величайшему сожалению, записи о появлении на свет и крещении Софьи Чмырь обнаружить не удалось. Пересмотрела все метрические книги по г. Никольск-Уссурийский за 1910 год — тот же результат. Я терялась в догадках.

Семья-Чмырь-в-Посаде-Ядов-1912-год
Семья Чмырь в Посаде Ядов 1912 год

Как водится, истина приоткрылась случайно. В 1996 г. мы с сестрой Альбиной Карповной Цыганок поехали к родственникам в Хабаровск и Вяземский с целью собрать как можно больше документов, воспоминаний, легенд для семейного архива. У двоюродного брата Александра Александровича Яковлева среди бумаг встретили удостоверение, датированное 1 августа 1915 г., в котором засвидетельствовано, что наш дедушка Петр Леонтьевич Чмырь с 21 декабря 1908 г. по 1 августа 1915 г. работал механиком на паровой мельнице фирмы «В. Энгельбрехт и А. Шишко» в посаде Ядов Варшавской губернии Царства Польского, входившего тогда в состав Российской империи. Документ отчасти проливал свет на место рождения мамы, но нужно было найти документальное подтверждение.

копия-свидетельства-о-рождении-Софии-Чмырь-Цыганок
копия свидетельства о рождении Софии Чмырь-Цыганок

При помощи М.И. Ефимовой, председателя Общества русско-польской культуры во Владивостоке «Гмина», направили запрос в Польшу о рождении Софьи Петровны Чмырь и ее брата Сергея. В июне 1997 г. был получен долгожданный ответ от директора отдела гражданских дел Воеводства Siedlce Марека Бялы и копии двух свидетельств о рождении Софьи и ее младшего брата Сергея. В одном из них значилось, что Софья Чмырь родилась 1 марта 1910 г. в Варшаве, отец ее Петр Чмырь, а мать Евгения. Так была раскрыта тайна о рождении нашей мамы – Софьи Петровны Чмырь.

Возникает резонный вопрос: что же заставило родителей изменить дату и место появления на свет детей? По моему мнению, логика поступков дедушки и бабушки такова: началась Первая мировая война, поляки рвались к независимости, поднялись антирусские настроения, шла эвакуация русских. Петр Леонтьевич с семьей вернулся в Приморье, где уже пустили прочные корни родители Евгении Андреевны – переселенцы из Черниговской губернии 1886 года. По возвращению на родину Петр Леонтьевич и Евгения Андреевна с детьми обосновались в г. Никольск-Уссурийский, где жили бабушкины родственники – мать, брат, сестры. Построили собственный дом по ул. Владивостокская, 19. В 1922 г. советская власть докатилась и до Приморья. Родители решили уберечь детей от вполне возможных будущих репрессий, поэтому в новых документах изменили им место и дату рождения, выбрав для дочери 30 сентября – день памяти святой Софии. Таинственная легенда стала историческим фактом нашей родословной, о чем теперь знают все родственники», — заключает свой рассказ Т.К. Кушнарева.

Судьба разметала род Клыжко: часть так и продолжает жить в Черниговской области, ставшей частью независимого государства Украина; потомки представителей рода, переселившихся в Южно-Уссурийский край, также разъехались в разные уголки бывшего СССР: Кишинев, Джамбул, Киев, Москву, Санкт-Петербург, иные отбыли в очень неблизкое зарубежье, но до сих пор на Дальнем Востоке, в том числе и в Приморском крае, живут потомки казака Василия Клыжко, внося свой вклад в освоение и процветание Дальней, но всегда сердечно близкой России.