25-я Неделя: с 7-го по 13-ое апреля 1891 года

7-го апреля. Воскресение.

Был разбужен салютом с китайских судов и англ(ийской) канонерки, стрелявшей так близко, что пыжом обожгло нашего боцмана в грудь.

Пришли в Ханькоу[1] двумя часами раньше назначенного, и оттого началась суета с раннего утра, чего я терпеть не могу. Сперва приехали: здешний наш консул Дмитревский[2], поверенный в делах в Пекине Клейменов[3] и Вахович[4] с Покатиловым[5] с «Корейца»; затем вице-король Вузангский[6] и с ним видимо-невидимо китайцев. В 10 час(ов) съехали на берег, сели в одноколки и отправились в нашу церковь к обедне, правя сами. День был прелестный – чисто весенний! Приятно было снова попасть в русскую церковь. Служил благочинный из Пекина с китайцем-дьячком, а пели любители купцы. После обедни зашли на чашку чаю к консулу и его жене – толстой купчихе, затем принял три депутации от купцов и всей нашей колонии в Ханькоу; давно не получал хлеб-соль; она тем более дорога вдали от родины!

25-я Неделя: с 7-го по 13-ое апреля 1891 года
Встречи на Голубой реке – Янцзы. Ухтомский Э.Э. Путешествие Государя Императора Николая II на Восток. В 1890-1891. СПб. 1895. Т. II. Ч. IV.

Переехали в дом Молчанова[7], который угостил завтраком. Осмотрели затем нарочно устроенную выставку китайских вещей, комнату для определения сортов чая и под конец самую фабрику кирпичного чая. Все это производит крайне хорошее впечатление, видно, что дело поставлено и идет серьезно, а главное, приятно, что русские купцы – первые воротилы чайного вывоза. Вернулись на «Владивосток» в 4 ½; сделалось совсем жарко. В 7 ½ обедали в доме Молчанова, хотя обед давал Дмитревский, у которого не было места. Вечером была прекрасная иллюминация и фейерверк на реке; смотрели с лестницы пристани. Возвращаясь назад, продирались с трудом сквозь китайские лодки, плотными массами обступившие пристань.

8-го апреля. Понедельник.

Проснулись с прелестным днем. Получил неожиданно весьма грустную весть от Мама о смерти тети Ольги Ф.[8] на станции в Харькове на пути в Крым. Ужасно грустно (для) бедного дяди Миши[9], и Сандро[10], и Сергея[11], возвращающихся из плавания.

В полной форме переехали на яхту вице-короля и в сопровождении «Корейца» поднялись немного по реке; бросили якорь против Вучанга[12] при отчаянном салюте из орудий и ружей. «Бобр» стоял уже на якоре, он привез десант под командой Яковлева[13] и музыку. В 12 час(ов) съехали на берег, где на пристани встретил вице-король. Та же церемония и процессия в желтом паланкине и по 30 чел(овек) матросов впереди и сзади. Но этот раз не было так удобно сидеть в нем, так как несли в гору по длиннейшей лестнице. Наверху в старой кумирне завтракали в открытой к стороне реки комнате. Завтрак был в полном смысле убийственный: он продолжался 3 часа и состоял из 30 слишком блюд – разумеется, китайских. Меня чуть-чуть не вырвало, до того противны они были! Вице-королишко – бестия – хотел напоить Джоржи[14] и меня отвратительным вином-уксусом. Впрочем, он провозгласил очень любезные тосты; я отвечал так же, как в Кантоне[15].

Моя музыка играла на балконе. Наконец, в 4 ч(аса) встали из-за стола и полумертвые еще поднялись наверх любоваться видом на Вучанг и берега Янтцекиянга[16]. Но в эту минуту положительно никому из нас не было весело наслаждаться картиной, расстилавшейся внизу.

Простившись с вице-королем, отправились на его яхту при той же громовой обстановке. Особенно поразительны были залпы из массы орудий зараз с береговых батарей, хоть бы сорвали один!

Вернулись на «Владивосток» к 5 час(ам), а уехали на завтрак в 11 ½ — черт знает, какая скука! В 7 ½ съехали к нашим купцам на банкет. Обедали в великолепном (пакгаузе) шатре; было 160 чел(овек) со всеми европейскими дамами, консулами, муниципалитетом, нашими и английскими, германскими офицерами. Тоже играла наша музыка. После обеда опять смотрели на фейерверк; вернулись к себе в 11 ½. Вот так день, он весь был завтраком и обедом!

9-го апреля. Вторник.

В 10 ч(асов) съехали на берег в самом конце набережной и осмотрели другую чайную фабрику наших купцов. Выпив чашку чаю у Молчанова, поехали в тех же самых экипажах, в которых сами правили, к приюту итальянских сестер. Очень полезное учреждение, в котором воспитывается около 700 китайских детей; их всех учат разным мастерствам. В особенности хороши вышивки; мне подарили платье для Мама. Вместе с тем это и богадельня, потому что дают убежище множеству несчастных больных и старых женщин. Дисциплину католические сестры ввели строгую, при нашем появлении по команде валились на колени и старухи, и малые дети. Ничему европейскому их не учат и ничем не балуют, живут, едят и спят они своим образом; но при этом они, понятно, все католики, исключая взрослых. Уверяют, что китайцы дорожат жениться на девушках, выходящих из этого заведения – хорошие работницы, а разность религий не играет никакой роли. Оттуда поехали в нашу церковь, где отслужили панихиду по тете Ольге. Пригласил главных купцов, дипломатов и священника к завтраку на «Владивосток», после чего с их стороны посыпались на Джоржи и меня разные подношения и прекрасные подарки, также масса разных сортов чая. В 3 ч(аса) съездил на «Бобр» и осмотрел его подробно. В 6 ч(асов) снялись с якоря и пошли вниз обратно к Вузунгу. Вечер был прелестный, и уход эскадры из Ханькоу очень красивый, когда обе лодки на ходу салютовали китайцам в ответ. После обеда играли в лу[17] до 11 ¼.

10-го апреля. Среда.

Утром бросили якорь против гор(ода) Киу-Киянга[18], куда раньше нас пришли купцы. Съехали в 9 час(ов) на берег и осмотрели устроенную ими фарфоровую выставку. Затем пришлось проехаться насчет закуски, после чего мы с нашими купцами окончательно простились. Ушли дальше в 11 час(ов). После завтрака проходили мимо скалы – острова посреди реки; в этом месте течение самое сильное. Днем и вечером прошли в виду двух городов, где жарили на совесть из пушек и фальконетов[19]. Играли в макао[20], Волков[21] и Яковлев много выиграли.

11-го апреля. Четверг.

Утро было жаркое; в 10 ч(асов) пришли в Нанкин[22], т.е. не в самый город, а в его предместье. Стояли на якоре: два красивые китайские крейсера – германской постройки и четыре маленькие канонерки. На «Владивосток» прибыл с громадной свитой вице-король Нанкинский – рамольный старик. Затем мы ему отдали визит на один из крейсеров; в это время задул свежий NW (норд-вест – северо-западный ветер – А.Х.), который развел крупное волнение, которое странно было видеть на реке; нас очень валяло в катере. Вице-король угостил нас целым завтраком, состоявшим из 16 блюд, впрочем, вкусных, но нам было некогда, мы встали после третьего блюда. В час завтракали на «Владивостоке», а в два снялись с якоря. Замечательная перемена в температуре произошла в какие-нибудь два часа: погода сделалась серою, ветер весьма свежим, а главное, холод настал осенний. Это, по-моему, гораздо хуже тех перемен погод, которые у нас происходят в Питере. Целый день сидели в каютах; много прочел из интересной книжки «Морские рассказы». Вечером усиленно играли в макао – изрядно проигрался.

12-го апреля. Пятница.

Утром бросили якорь в устье Вузунга (приток Янцзы – А.Х.); дул тот же свежий NO (норд-ост – северо-восточный ветер – А.Х.) и холод был еще чувствительнее! Застали здесь «Манджур» и клип(ер) «Джигит». Сила ветра дошла до того, что шлюпки не выгребали, а вельбот командира «Джигита» залило наполовину! Простились с нашими дипломатами и полк(овником) Путятой[23]. После завтрака перешли в самую реку Вузунга, где стоянка была спокойная. В 5 ч(асов) поехал осматривать «Джигит», которого нашел в чудном виде. После обеда играли в макао, проиграл все, что имел. Ночью еще дуло порядочно, так что мы готовились к трёпке на завтра.

13-го апреля. Суббота.

Лег как раз к началу съемки с якоря; уборка якоря у самого иллюминатора моей каюты долго не давала мне заснуть. Одновременно снялся «Джигит». Выйдя в море, к всеобщему удивлению, затихло, и качки почти не было. Спал до 10 час(ов), когда подошли к Седельным о-вам (Седельные острова недалеко от Шанхая – А.Х.). «Азов» уже стоял на старом месте; он только что вернулся из Нагасаки[24]. В 11 час. переехали с «Владивостока» на наш фрегат, который выкрасился и поражал своим щегольским видом. Два преданные китайские крейсера ждали нашего ухода, а «Джигит» пошел с отдельным поручением в Шанхай. В 5 час(ов) отправились в Нагасаки, туда, куда я давно рвусь! Я радуюсь, что мы придем двумя днями ранее программы; стоянка, говорят, чудная. В кают-компании долго разговаривали о Японии. Бог с ним, с этим Китаем, с его желтыми реками и людьми, и его (нрзб. – А.Х.) свежей погодой; все рады были уходить оттуда!

Комментарии

Продолжается визит Наследника Цесаревича в Китай. На 25-ую неделю приходится посещение города Ханькоу (совр. Ухань) – русского центра торговли чаем. Происходившие в эти дни события опровергают досужее и поверхностное мнение о путешествии Цесаревича как о неком, ничего не значащем, увеселительном мероприятии, наполненном развлечениями, охотами, балами и осмотрами достопримечательностей. Визит в Ханькоу и встреча с местными русскими чаеторговцами, пришедшаяся на время изменений условий (открытие морских портов для иностранцев и конкуренция Индии и Цейлона), имеет важное экономическое и торговое значение для Китая и России, о чем свидетельствует летописец путешествия князь Э.Э. Ухтомский:

«В разгар этого кризиса, для местных производителей еще больше значения приобретает факт посещения Ханькоу Престолонаследником. Е. И. Высочество предпочел отказаться, за недостатком времени, от поездки к интересным северным берегам Китая, чтобы воочию узреть и ободрить Августейшим присутствием нашу крошечную колонию на Янцзы, за 1200 слишком верст от его устья.

25-я Неделя: с 7-го по 13-ое апреля 1891 года
Носильщики чая. Провинция Сычуань.
https://img-fotki.yandex.ru

Чайное дело в Китае накануне жестокого упадка. Нужна прямо-таки правительственная поддержка, чтобы его отсрочить или отвратить. Конкурренция Индии и Цейлона убивает экспорт чаев из Небесной империи в Лондон. С 1881 г. на 1891 г. потребность в них уменьшилась сразу втрое. Хотя знатоки и склонны думать, что это есть только временное извращение вкуса потребителей и что природные достоинства здешнего чая (само собой, при некотором улучшении его культуры!) несомненно привлекут к нему вновь покупателей, — но утрата важного рынка пока налицо. Одна Россия выказывает прежнюю склонность отдавать предпочтение ханькоусскому и фучжоусскому чаям перед английскими. Но мы меньше берем  продукта, чем брала Великобритания: ее купцы, вдобавок, направляют не домой, а к нам (через лондонскій рынок) главную часть приобретаемых ими китайских чаев. В 1886 г. на долю русских приходилась всего одна девятая чайных грузов из Ханькоу: теперь же приходится около трети, стоимостью приблизительно на 10-12 милліонов рублей. Понятно, что китайцы должны в данную минуту сильно дорожить подобными клиентами!» (Ухтомский Э.Э. Путешествие Государя Императора Николая II на Восток. В 1890-1891. СПб. 1895. Т. II. Ч. IV. С. 197-198).

Консул в Ханькоу П.А. Дмитревский в своем донесении в Императорский МИД от 7 мая 1891 г. сообщает подробности о посещении русских чайных фабрик в Ханькоу Наследником Российского Престола Великим Князем Николаем Александровичем, а также имеющие историческую ценность детали производства чая на русских фабриках:

«По осмотре выставки (китайских художественных изделий, организованной купцом С.В.Литвиновым) Его Императорскому Высочеству угодно было откушать чаю в помещении, устроенном у самой выставки. После чая Его Императорское Высочество удостоил посещением фабрику кирпичного чая, принадлежащую фирме Молчанова, Печатнова и К° и находящуюся тут же в концессии, вблизи набережной. При вступлении в здание фабрики Его Императорское Высочество был встречен представителем фирмы купцом Молчановым с хлебом-солью на серебряном блюде, поверх которого находилось блюдо, спрессованное из хуасяна – материала, служащего для приготовления кирпичного чая. На этом блюде была выпрессована надпись: «В память посещения Его Императорским Высочеством Государем Наследником Цесаревичем и Великим Князем Николаем Александровичем». Из того же материала и с такой же надписью было спрессовано до 20 кирпичей, которые и были предложены на память Его Императорскому Высочеству и свите.

Осмотр фабрики начался с материала в метках – чайных высевок, из которых вообще прессуются кирпичи. Затем Его Императорское Высочество изволил осмотреть распаривание материала, насыпку его в формы и прессование его паровым прессом. Отсюда поднялись в верхний этаж, где вынутые из форм кирпичи просушивались, сложенные в длинные многочисленные поленницы. Затем осмотрены были отделения, где кирпичи свешиваются, завертываются в бумагу с этикетками и укладываются в плетеные из бамбука корзины, выложенные внутри не пропускающими воду пальмовыми листьями.

Отсюда спустились в другое отделение фабрики, где работали гидравлические прессы и фабриковался плиточный чай. Материалами для него служат также чайные высевки, только лучшего достоинства. Плитки бывают около четверти фунта весом и прессуются из сухого нераспариваемого материала. Пресс имеет вид стального, положенного горизонтально, круга до трех футов в диаметре, имеющего четыре углубления, в которые насыпается материал и которые покрываются стальными плитками одинакового размера с углублениями. Когда материал насыпан и стальные плитки положены сверх его, спускается другой стальной круг и давит на стальные плитки с полминуты времени, затем он поднимается, а из углублений посредством приделанных снизу пружин выбрасывается четыре плитки чая вместе с покрышками… На стальных плитках обыкновенно имеются литеры формы, или фабричные знаки, которые выдавливаются и на плитках чая». (Архив внешней политики Российской Империи. Ф.143. Китайский стол. Оп. 491. Д.1746. Лл. 210-211).

В современной монографии английского историка Стюарта Р. Томпстона, исследовавшего систему организации и инфраструктуры российской внешней торговли в XIX – начале XX в., утверждается, что «наибольшего успеха русские достигли в торговле чаем. Приобретенный опыт и капиталы, накопленные в ходе защищенной правительством торговли по сухопутной границе с Китаем в первой половине XIX в., в сочетании с непревзойденным знанием внутреннего рынка позволили им дать достойный ответ на вызов со стороны западноевропейской конкуренции». (Томпстон С.Р. Российская внешняя торговля XIX — начала XX в. Организация и финансирование. М.: РОССПЭН, 2008 г. – 472 с.

Посещение Наследником Цесаревичем русской колонии по берегам реки Янцзы дало новый импульс развитию взаимовыгодных торгово-экономических отношений между Россией и Китаем.

Примечания

[1] Ханькоу – город в китайской провинции Хубэй. Стоит на месте слияния рек Янцзы и Ханьшуй. Один из четырёх ведущих торговых городов страны. Важной статьей торговли в Ханькоу был чай, выращиваемый и обрабатываемый во многих уездах Хугуана, и вывозившийся на север страны, где чай не родится, и на продажу в Монголию и Россию. В результате Второй Опиумной войны Ханькоу был открыт для международной торговли. В городе были созданы иностранные концессии — британская, французская, германская, японская и российская. Российские предприниматели стали играть большую роль в здешней чайной торговле. В 1876 г. в российской концессии была построена церковь св. блг. Вел. Кн. Александра Невского.

[2] Дмитревский Павел Андреевич (1851-1899) – статский советник, российский дипломат. Из семьи сельского священнослужителя, окончил Вологодскую духовную семинарию и Восточный факультет Петербургского университета со степенью кандидата по китайско-маньчжурско- монгольскому разряду. Поступив на службу в Министерство иностранных дел в качестве студента при Российской дипломатической миссии в Пекине, в 1882 г. назначен главой вновь учрежденного консульства в Ханькоу – главном русском центре производства и экспорта чая. В 1889 г. назначен консулом в Тяньцзине.

Примерно за месяц до приезда в Китай Наследника Цесаревича П.А. Дмитревскому было предложено управлять российским дипломатическим представительством при короле Кореи в связи с отъездом в отпуск из Сеула посланника К.И. Вебера.

Прекрасно владея китайским языком, П.А. Дмитревский был переводчиком во время встреч и бесед Наследника Русского Престола с известным китайским реформатором Чжан Чжидуном в Ханькоу (Ханьяне) 8 апреля 1891 года. За переводческие и другие труды российский дипломат удостоился получить от Высокого Гостя в знак его признательности личную фотографию. Этой же чести был удостоен и Чжан Чжидун, специально просивший об этом Августейшего путешественника.

После службы в Корее (с 1891 г. по 1895 г.) П.А. Дмитревский в 1896 г. был назначен генеральным консулом в Шанхае, являвшимся важнейшим портом международной торговли на Дальнем Востоке.

Скончался П.А. Дмитревский в Сеуле 17 августа 1899 г. будучи российским Поверенным в делах в Корее. На его могиле на родине в Вологде установлен при содействии местных властей иждивением сослуживцев и друзей памятник. Жизнь Павла Андреевича Дмитревского – пример неукоснительного исполнения служебного и общественного долга перед Царем и Отечеством.

[3] Клейменов Константин Васильевич (1856-1910) – российский дипломат, действительный статский советник. Службу в МИД начал в 1882 г. делопроизводителем Азиатского департамента. С 1888 — 1-й секретарь миссии в Китае, в 1890-1891 гг. одновременно поверенный в делах там же. С 1895 — консул в Сингапуре, с 1899 — генеральный консул в Шанхае, занимал этот пост до смерти. В 1909 представлял Россию в Шанхайской опиумной комиссии, целью работы которой была разработка мер, направленных на ограничение незаконного оборота опия в Китае и препятствующих нелегальному ввозу наркотиков из Азии в США и европейские государства.

[4] Вахович Александр Степанович (1858–1904) – дипломат; окончил Санкт-Петербургский университет в 1882 г.; в 1882–1904 гг. на службе в МИД; драгоман (переводчик с китайского яз.) при российской Императорской миссии в Пекине в 1891 г.;

[5] Покотилов Дмитрий Дмитриевич (1865-1908) — русский дипломат и предприниматель, посол в Китае. Драгоман (переводчик с китайского яз.) при российской Императорской миссии в Пекине в 1891 г. Скончался в Пекине 23 февраля 1908 г. Автор исторических, политических и экономических трудов о Дальнем Востоке.

[6] Чжан Чжидун (1837-1909) – китайский государственный и политический деятель, мыслитель, выдающийся реформатор поздней эпохи империи Цинь.

Выступал в пользу преобразований в экономике, политике и культуре Китая. Отстаивал учение о создании технического и военного могущества китайской империи путем обязательного принятия европейской техники, но при неизменном следовании китайской конфуцианской доктрины и образа жизни. Опирался на средневековую формулу «ти-юн» («сущность и ее функция»), чтобы обосновать свою концепцию о превосходстве китайской науки, морали, образа жизни по сравнению с Западом, стремился применять эту формулу на практике.

С детства отличался острым умом, изучил конфуцианскую классику, математику, экономику и военное дело. В 1863 г. получил ученую степень цзыньши.

В 1884-1889 гг. – наместник (вице-король) наместничества Лянгуан, то есть «Двух Просторов», которое включало расположенные на юге Китая провинции Гуандун (название означает «просторный восток») и Гуанси (название означает «просторный запад»). В 1886 г. в Кантоне (Гуанчжоу) основывал колледж «Гуанья» и сеть книжных магазинов под тем же названием. В 1889 г. предложил строительство железной дороги «Лохань» от моста «Марко Поло» до Ханькоу, чтобы соединить север и юг. Очень верил в строительство железных дорог, считая, что они должны быть артериями, объединяющими весь Китай. В том же году переехал в провинцию Хубэй. В 1889-1907 гг. – первый наместник провинций Хубэя и Хунани. С 1907 г. – член Военного совета (высшего правительственного органа) в Пекине.

[7] Молчанов Никита Матвеевич – представитель кяхтинской купеческой династии, крупнейшей в Сибири XIX — начала ХХ в., торговавшей чаем из Китая; потомственный почетный гражданин Санкт-Петербурга, коммерции советник, член правления Международного и Русского клубов. По ходатайству Священного синода, Никита Матвеевич, являвшийся старостой ханькоуского храма Св. блг. Вел. Кн. Александра Невского, будучи щедрым жертвователем на церковные нужды, был награжден правительственными орденами.

[8] Ольга Фёдоровна (1839 – 1891) – урождённая Цецилия Августа, принцесса и маркграфиня Баденская; российская Великая Княгиня, супруга Великого Князя Михаила Николаевича.

[9] Михаил Николаевич (1832-1909) — Великий князь, четвёртый и последний сын Императора Николая Первого и его супруги Александры Федоровны; военачальник и государственный деятель; генерал-фельдмаршал (1878),. Председатель Государственного Совета (1881—1905). В 1857 году, в возрасте 25 лет, великий князь Михаил Николаевич женился на Цецилии Баденской (в православии Ольга Федоровна) — младшей дочери великого герцога Баденского Леопольда I и шведской принцессы Софии. В браке с ней имел одну дочь и шестерых сыновей, в том числе и Великих князей Александра и Сергея Михайловичей.

[10] Александр Михайлович (Сандро), Великий Князь (1866-1933) – российский государственный и военный деятель, генерал-адъютант, вице-адмирал, четвёртый сын Великого Князя Михаила Николаевича и Великой Княгини Ольги Фёдоровны, внук Императора Николая I. Женат на Великой Княгине Ксении Александровне, сестре Государя Императора Николая II. В 1890–1891 годах на собственной яхте «Тамара» вместе с Великим Князем Сергеем Михайловичем совершил путешествие, в ходе которого были посещены Костантинополь, Сингапур, Индия, остров Ява, Цейлон и др. места. Маршрут плавания яхты «Тамара» пересекался с маршрутом путешествия на Восток Наследника Цесаревича. Впечатления путешественников вошли в книгу «23 000 миль на яхте «Тамара» о путешествии Великих Князей Александра и Сергея Михайловичей в 1890-1891 гг.» (С.Пб, 1892 г.), составленную доктором Г.И. Радде (1831-1903) и иллюстрированную академиком Н.С. Самокишем (1860-1944).

[11] Сергей Михайлович (1869-1918) — Великий Князь, пятый из шести сыновей Великого Князя Михаила Николаевича и Ольги Федоровны, внук Императора Николая I; генерал-адъютант (1908), генерал от артиллерии (1914), полевой генерал-инспектор артиллерии при Верховном Главнокомандующем (1916—1917), член Совета государственной обороны (1905—1908). В 1890-1891 годах вместе с братом, Великим Князем Александром Михайловичем совершил плавание на семейной яхте «Тамара» из Севастополя в Индийский океан до Батавии и в Индию, до Бомбея— путешествие было описано Г. Радде в двухтомнике «23 000 миль на яхте „Тамара“» (1892—1893).

[12] Вучанг (Учан) – город в Китае, в пров. Хубэй, на правом берегу р. Янцзы (совр. часть г. Ухань). Осн. в 3 в. В 6-13 вв. наз. Цзянся. При династии Юань (13-14 вв.) стал провинциальным центром.

[13] Яковлев Н.П. – флагманский штурман, лейтенант с фрегата «Память Азова».

[14] Георг, принц Греческий и Датский (Джоржи) (1869-1957) – член греческой королевской семьи. Второй сын короля Греции Георга I. В молодости играл достаточно важную политическую и социальную роль в Греции. Прошёл курс обучения во флоте Дании и России, активно участвовал в организации Олимпийских игр в Афинах в 1896 году. В 1898-1906 гг. был правителем автономного острова Крит. Вплоть до смерти был официальным представителем Греции во Франции.

[15] Кантон (Гуанчжоу) – город в Южном Китае, столица провинции Гуандун, один из 24 исторических городов Китая с более чем 2000-летней историей. До 1840 года Гуанчжоу был единственным портом Китая, открытым для европейских торговых судов. Во время войн европейских держав с Китаем, повлекших за собою открытие для европейской торговли портов последнего, Кантон несколько раз подвергался нападениям.

[16] Янтцекиянг (Янцзы, Голубая река) – самая длинная и многоводная река Евразии, третья река в мире по полноводности и по длине. Протекает по территории Китая, имеет длину около 6300 км, площадь бассейна — 1808500 км². Впадает в Восточно-Китайское море.

[17] Лу – карточная игра для трех и более участников.

[18] Киу-Кианг (Цзюцзян) (зап.-евр. Kiu-Kiang) — город в китайской провинции Цзянси, на правом берегу р. Янцзы, в 225 вер. от Ханькоу. До тайпинского восстания это был богатый город, но в 1853 г. он подвергся нападению бунтовщиков и был разрушен до основания. Благосостояние Ц.-цзяна стало восстанавливаться лишь со времени открытия его для иностранной торговли по Тяньцзиньскому трактату 1858 г. В 1891 г. в Ц.-цзяне проживало 100 иностранцев, в том числе двое русских представителей ханькоуских торговых домов. Главные предметы вывоза: чай, писчая бумага, фарфоровые и фаянсовые изделия, пеньковая ткань двух сортов, табак.

[19] фальконет – артиллерийское орудие калибра 1-3 фунтов (45—65 мм), стоявшее на вооружении в армиях и флотах в XVI-XVIII веках.

[20] макао — карточная игра, широко распространённая в мире в конце XIX — начале XX века. Названием обязана городу Макао, бывшей португальской колонии, крупнейшему центру игорного бизнеса на Востоке.

[21] Волков Евгений Николаевич (1864—1933) — выходец из псковского дворянского рода Волковых. Отец — Николай Степанович Волков (1810—1869), псковский губернский предводитель дворянства, Мать — Елизавета Евгеньевна (1840—?) — дочь генерал-майора Е.П. Самсонова, стояла у истоков «Майского союза» (1898 г.), одного из первых в России экологических обществ.

В 1882 году окончил Николаевский кадетский корпус, а в 1884 году завершил обучение в Николаевском кавалерийском училище. Службу начал в Кавалергардском полку, а спустя некоторое время продолжил в Лейб-гвардии Гусарском полку. Наследник Цесаревич Николай Александрович по программе своего военного образования два летних сезона проходил службу командиром эскадрона Лейб-гвардии Гусарского полка, которым до него командовал Е.Н. Волков. Наследник Цесаревич пригласил Волкова сопровождать его в путешествии на Восток в 1890-91 годах.

В дальнейшем генерал-лейтенант Императорской армии (1913), губернатор Черноморской губернии (1901—1904), первый в истории градоначальник Москвы (1905), губернатор Таврической губернии (1905—1906). Участник Белого движения в составе Вооруженных сил Юга России. Эмигрировал. Скончался в Ницце (Франция) в 1933 году.

[22] Нанкин — бывшая столица Китая, порт в низовьях реки Янцзы, столица провинции Цзянсу. Расположен в восточной части страны, в 260 км. к северо-западу от Шанхая. В 1842 году захвачен Великобританией в ходе Первой Опиумной войны. По Нанкинскому договору 1842 года англичанам отошел Гонконг, Китаем выплачена огромная контрибуция, кроме Кантона были открыты ещё четыре китайских порта для иностранной торговли: Амой, Фучжоу, Нинбо и Шанхай.

[23] Путята Дмитрий Васильевич (1855-1915) — русский военачальник, генерал-лейтенант, Амурский военный губернатор. С 1886 года российский военный агент в Китае в чине полковника Генерального штаба.

[24] Нагасаки — город в Японии, расположенный на западе острова Кюсю возле залива Нагасаки, крупный порт. В нём проживает самая крупная христианская община страны, а количество местных церквей превышает количество синтоистких святилищ и буддистских монастырей вместе взятых. В XVII—XIX веках портовый город Нагасаки был для японцев «окном в мир», единственным портом, через который осуществлялась торговля с Китаем и западными державами.