глава 8

Главы из книги писателя Андрея Хвалина о визите Наследника Цесаревича Николая Александровича в Приморье в 1891 году и его последствиях

 Начало: глава перваяглава втораяглава третьяглава четвертаяглава пятаяглава шестая, глава седьмая

 

 Глава восьмая.

«Цари, любимый Государь!»

Имперский архив Андрей Хвалин
Икона Божией Матери Порт-Артурская -Заступница дальневосточных пределов России. Фото: www.vidania.ru

Не изгладился в памяти русского церковного народа случай со знаменитой иконой «Торжество Пресвятой Богородицы», которую называли «Порт-Артурской». Местом ее пребывания вместо легендарного Порт-Артура стал владивостокский кафедральный Успенский собор.

Икона была писана в Киево-Печерской Лавре по видению (за два месяца до начала Русско-Японской войны) престарелого моряка-севастопольца. Десять тысяч богомольцев по пятачку (более от одного лица не принимали) собрали сумму, необходимую для изготовления иконы. Образ Богородицы был написан на золотом чеканном фоне, здесь же было написано эмалированной вязью: «Торжество Пресвятой Богородицы. В благословение и знамение торжества христолюбивому воинству Дальней России от Святых обителей Киевских и 10. 000 богомольцев и друзей.»

По пути следования в Порт-Артур икона была доставлена во Владивосток 2-го августа 1904 года. 6-го августа, в праздник Преображения Господня, в присутствии Наместника Его Императорского Величества и при многочисленном стечении молящихся Его Преосвященство Владыка Евсевий после литургии в первый раз служил молебен перед этой необычной по своему происхождению иконою посреди храма.

Пресвятая Богородица повелела доставить икону в Порт-Артур, пообещав в этом случае победу русской армии. Вопреки ясно высказанной воле Божией Матери в Порт-Артур доставляли копии иконы, боясь подвергнуть опасности образ.

В то время, как икона находилась в соборе Владивостока, в Петербурге объявился доброволец, вызвавшийся доставить ее в Порт-Артур: ветеран Русско-турецкой войны 1877-1878 гг., отставной ротмистр Лейб-гвардии уланского полка, делопроизводитель Императорской охоты Н.Н. Федоров. Но и он не смог добраться с иконою до Порт-Артура. В конце концов, она попала к генералу А.Н. Куропаткину. «Вождь нашего воинства А.Н. Куропаткин, — писал св. праведный Иоанн Кронштадтский, — оставил все поднесенные ему иконы в плену у японцев-язычников, между тем как мирские вещи все захватил. Каково отношение к вере и святыне церковной! За то Господь не благословляет оружия нашего, и враги побеждают нас. За то мы стали в посмеяние и попрание всем врагам нашим».

После окончания Русско-японской войны 1904-1905 гг., унесшей многие тысячи жизней, было решено построить храм памяти погибших. Наиболее верно смысл строительства будущего собора выразил священник В. Давыдов: «Владивостокский собор должен воплотить сбывшуюся мечту, которая лежала в основании храма Василия Блаженного; вместе с тем он должен быть знамением начала новой эры для православия на востоке… Если верно, что Владивосток по своему географическому положению, не напрасно и не случайно носит многозначительное имя «владыки востока», то без сомнения, именно здесь, во Владивостоке, место будущему центру православия — новому Риму востока. И этот храм, как и Василий Блаженный, должен по своей архитектуре представлять сочетание стилей, возглавляемых большим римско-византийским куполом; он, по своему наружному и внутреннему виду и устройству, должен быть понятен и не чужд для каждого язычника…

Храм этот по своим размерам должен быть рассчитан, конечно, не на одну и не на две тысячи молящихся, с тем, чтобы все могли и видеть и слышать богослужение… Воистину, это будет «собор Востока», воистину будет «Восток — имя ему».

Имперский архив Андрей Хвалин
Владивосток. Здание таможни на ул. Светланской Фото: s46.radikal.ru

Все планы относительно нового Владивостокского собора конкретизировались в 1909 году, когда архиепископ Владивостокский и Камчатский Евсевий возбудил ходатайство о том, чтобы «храм-памятник, который имеет быть воздвигнут в России в память погибших в войну с Японией воинов, был воздвигнут именно во Владивостоке, как на театре или почти на театре бывших военных действий, и чтобы этот храм и был кафедральным собором».

Председателем Комитета по сооружению храма стал сенатор Петр Огарев. В 1912 году, 22-го августа, Государь Император по Всеподданнейшему докладу г. Обер-прокурора Св. Синода Высочайше соизволил на принятие под Августейшее покровительство Ея Императорского Величества Государыни Императрицы Александры Феодоровны этого Комитета.

Получив Монаршее благословение, Комитет активно разворачивал свою деятельность. Например, 5-го октября того же 1912 года в день тезоименитства Государя Наследника Цесаревича Алексея Николаевича Его Высокопреосвященство архиепископ Евсевий в сослужении Преосвященнейшего Павла совершил литургию и молебен в кафедральном соборе.

На молебен выходило 24 священнослужителя из городского, военного, епархиального духовенства.

Непосредственно после литургии в зале соборного дома состоялось заседание состоящего под Высочайшим покровительством Е.И.В. Государыни Императрицы Александры Феодоровны Комитета по сооружению нового кафедрального собора во Владивостоке в честь погибших воинов.

Однако по грехам нашим сооружение столь грандиозного собора на далекой окраине России не состоялось. Более того, за Бого — и цареотступничество Господь жестоко покарал приморцев.

Поддавшись мирским расчетам, церковные представители Владивостока поспешили признать новую, чуждую церкви власть масонского Временного правительства и в полночь 28-го февраля 1917 года отслужили в Успенском соборе благодарственный молебен об успехе переворота, о многолетии бунтовщиков-клятвопреступников, нарушивших государственную присягу и предавших Помазанника Божьего — Русского Царя. Мерзка такая молитва перед очами Божьими. «И оставляется дом ваш пуст», — сказал Господь. От взорванного безбожниками Успенского кафедрального собора остался только добротный фундамент, на котором в советское время был построен жилой особняк, ныне он занят художественным училищем.

Словно божественная свечечка, перед тем как погаснуть в черноте иноверного ига, вспыхнула в сердцах приморцев их любовь к Монарху, всей Семье в дни празднования 300-летия Дома Романовых.

В массе опубликованных по этому торжественному случаю материалов в прессе можно обнаружить даже кантату Е. Федотовой, где за всем внешним блеском земного царствования чудится небесное величие Царя-Великомученика Николая и Его Августейшей Семьи:

 

Горите, светочи родные!

Цари, любимый Государь!

Тебе мольбы слова живые,

С Тобой небес Всесильный Царь.

 

Судьбы народа предрешая,

В Тебе Он Русь благословил,

И, солнца блеск преумножая,

Денницу чудную явил.

 

С 1912 года в память 300-летия Царствования Дома Романовых во Владивостокской епархии был установлен ежегодный Крестный ход. Тысячи паломников шли из Владивостока триста верст к Шмаковскому мужскому монастырю. Шествие длилось от 12 до 17 дней с остановками во всех населенных пунктах для совершения церковных служб и молебствий.

О глубине народной любви к своему Монарху можно судить хотя бы по описанию юбилейных торжеств в селе Новороссия, тем более, что, как свидетельствуют очевидцы, такие картины были по всему Приморью.

В знаменательный февральский день русский народ особенно ярко, особенно сильно показал свою любовь к Царю из Дома Романовых. Это был праздник великий для всей России, и всякий верный сын Отечества старался отметить его как можно торжественнее, как можно радостнее.

Никто из жителей не помнит такого торжественного празднования, какое пришлось видеть им самим 21-го февраля в день юбилея 300-летия Дома Романовых. Народ праздновал этот день в полном смысле этого слова — праздновал строже и торжественнее, чем какой-либо великий церковный праздник. Все те, которые вовсе не бывали в храме даже годами, — в этот день побывали там, почти все участвовали в крестном ходе, который по своей грандиозности, величию, торжественности, при массовом участии народа и учащихся, был первый еще в селе.

Это, действительно, диковинное дело в селе. Смотришь: около каждого дома развивается национальный флаг, и душа радуется.

Неизгладимое впечатление и сильное воздействие на души молящихся оказал крестный ход, совершенный на расстоянии двух верст по селу. Нельзя не порадоваться стройности и порядку крестного хода и тому умилительному воодушевляющему общенародному пению …

На месте остановки крестного хода, а также около здания училища, были устроены триумфальные арки, разукрашенные зеленью и флагами с инициалами событий 1613 г. и 21-го февраля 1913 г.

По окончании крестного хода и по выходе из храма всем молящимся была предложена обильная трапеза в здании местного училища, а всем учащимся были розданы подарки и предложен чай.

Имперский архив Андрей Хвалин
Митрополит Приморский Вениамин с прихожанами у арки Цесаревича во Владивостоке. Фото: К. Гончаренко.

Затем был собран сельский сход, который постановил приговором для увековечения памяти Дома Романовых выразить свою верноподданническую преданность и любовь к ныне царствующему Батюшке-Царю, Августейшей Семье и Всему Царствующему Дому с готовностью положить живот свой за Веру, Царя и Отечество.

«Нам думается, — писал в «Епархиальных ведомостях» 25-го февраля 1913 года священник И. Креминский, — что за редким исключением в селах подобных приговоров не писали: таким образом, простой народ, народ земледельческий, на котором зиждется национализм, вера и патриотизм, как нельзя лучше без принуждения и лицемерия показал свою горячую любовь и преданность к своим Венценосным Вождям и неустанным Печальникам о благе всего русского народа. Пусть же это твердо помнят враги самодержавия».

От себя же редакция добавляет, что, по сообщениям священников, учителей и других лиц, а также местных газет, подобные торжества происходили повсеместно по всему Уссурийскому краю.

В канун февральского бунта и предательства Русского Царя — Помазанника Божьего своим народом карта Владивостокской крепости фиксирует, что все форты имели собственные наименования по именам русских Князей и Самодержцев, в том числе и Династии Романовых, начиная с Царя Михаила Феодоровича, дарованного Богом России на Земском Соборе 1613 года, до здравствовавшего тогда и убиенного через год изуверами в Ипатьевском подвале Наследника Цесаревича Алексея Николаевича.

 

 

+  +  +

 

Ныне на дальней окраине России вновь растет и ширится теплое сыновье чувство любви к Государю Императору Николаю II Александровичу, всей Августейшей Семье, но уже как к Мученикам за веру Христову.

Царственным Страстотерпцам служатся молебны как святым, проводятся собрания и читаются в различных аудиториях лекции, посвященные памятным датам жизни Государя Императора Николая Второго, распространяются иконы, тексты церковных служб, духовная и светская литература о Царской Семье, установлены бюст Государю и памятные знаки на местах его пребывания во Владивостоке.

Еще с середины 90-х годов прошлого века распространяются футурологические предсказания в духе Нострадамуса, где уже расписаны даже сроки восстановления Монархии в России. И что показательно: в этих планах опять фигурирует Владивосток как место «десантирования» одного из многочисленных претендентов на Российский Престол.

Видимо, многим хочется повторить триумфальное возвращение Государя Наследника Цесаревича Николая Александровича на Русскую Землю. Найдутся ли готовые за Русь Святую повторить его подвиг Страстотерпчества?!

Сердце Царево в руце Божией. Если мы идем в путях Господних, и наши сердца свободно отданы будущему Самодержавному Монарху, сможем ли мы сами повторить в грозный час, как некогда Иван Сусанин: «Страха не страшусь, смерти не боюсь, лягу за Царя, за Русь!».

 

 

 

 

 

ЛИТЕРАТУРА:

 

  1. Владивостокские епархиальные ведомости. 1903 г. №№ 2,14, 18; 1909 г. №№ 9-11, 17, 18; 1912 г. №№ 19, 20; 1913 г. № 2.
  2. Владивосток. 1891 г. №№ 5-10, 12, 18-21, 25.
  3. Дальний Восток. 1913 г. № 43, 1916 г. № 119.
  4. Иванов И.Е. Военно-походные впечатления от Владивостока до Вафангоу и от Вафангоу до Ляояна командира роты 1-го Восточно-Сибирского Его Величества полка. СПб, 1907.
  5. Унтербергер П.Ф. Приморская область 1856-1898 гг. СПб., 1900, гл. ХV, с.311-324.
  6. Ухтомский Э.Э. Путешествие Государя Императора Николая II на Восток (в 1890-1891 гг.). СПб-Лейпциг: Ф.А. Брокгауз. 1897, т. III.

 

 

Comments are closed.