«БЫЛ ЧУДНЫЙ ДЕНЬ»

О начале визита Наследника Цесаревича Николая Александровича в Индию

К публикации ВОСТОЧНОГО ДНЕВНИКА ЦЕСАРЕВИЧА

 После путешествия по Египту и краткого захода в Аден эскадра Наследника Цесаревича во главе с фрегатом «Память Азова» 11/23 декабря 1890 г. прибыла в индийский Бомбей. Присутствие англичан в Индии было даже сильнее, чем в формально турецком Египте. Да это и понятно: в то время Индия была «жемчужиной английской короны». В аналитической записке генерал-адъютанта М.Д. Скобелева о походе в Индию (1878), хранящейся в российском архиве, ее автор пишет: «(…) Компетентные люди в Англии сознаются, что неудача у границ Индии может повлечь за собой даже социальную революцию в самой метрополии, т.к. в последние 20 лет громадность затраченных в Индии английских капиталов и колоссальное увеличение торговых оборотов теснее, чем когда-либо связали современную Англию с ее индийскими владениями». (Архив внешней политики Российской Империи (АВПРИ). Ф. 147. Среднеазиатский стол. Оп. 485. Д. 3385. Л. 2).

«БЫЛ ЧУДНЫЙ ДЕНЬ»
Прибытие Цесаревича Николая Александровича в Бомбей. Иллюстрация из книги Э.Э. Ухтомского «Путешествие на Восток Его Императорского Высочества Государя Наследника Цесаревича. 1890-1891».

Естественно, что прибытие в Бомбей русской эскадры с Цесаревичем на борту вызвало небывалый интерес как у местного населения, так и у хозяйничающих здесь англичан. Влиятельная бомбейская англоязычная газета “Times of India” поместила на своих страницах подробный материал, посвященный первым дням Августейшего путешественника в Индии. Ниже мы впервые публикуем перевод статьи «Путешествие Его Императорского Высочества Государя Наследника Цесаревича по Индии» из бомбейской газеты «The Times of India», December 27, 1890. S. 3-4.

Публикуется впервые по: Архив внешней политики Российской Империи (АВПРИ). Ф. 147. Средне-Азиатский стол. Оп. 485. Д. 1004. Лл. 1-6.

«Прибытие в Бомбей и пребывание там.

Его Императорское Высочество Государь Наследник Цесаревич Николай Александрович прибыл в Бомбей во Вторник (23/11 декабря) утром и был принят с пышностью и почетом, подобающими Его высокому положению. Прибытие русского фрегата «Память Азова», на котором следовал Августейший путешественник, ожидали в понедельник вечером, почему не мало лиц, явившихся на пристань в ожидании появления фрегата, оставалось там до поздней ночи. Происшедшее замедление нисколько не охладило нетерпения публики. Как только настало утро, многочисленные толпы пешеходов из отдалённейших частей города стали направляться к пристани Аполло-Бендер, и к 8-ми часам она занята была массами народа. На пристани был раскинут просторный шамианэ (шатер), в коем поместились гражданские и военные должностные лица в парадных мундирах, значительное число частных лиц, дамы в элегантных туалетах, толпа знатных туземцев в их живописных и богатых костюмах, без коих зрелище было бы неполно, и, наконец, почетный караул из ста человек от полка Глостера под командою Капитана Тёфнеля. К 7 ½ часам туда же прибыли их Превосходительства Губернатор Бомбейского Президентства Лорд Гаррис и Главнокомандующий Бомбейскою армиею Генерал-Лейтенант Сэр Джордж Гривс. Множество народу толпилось за пределами пространства, отгороженного для привилегированной публики. По обе стороны улицы, ведущей к пристани, народ также толпился; здесь можно было видеть представителей всех классов туземного населения. Окна и балконы главных зданий на улицах, по которым должен был проследовать поезд, были осаждаемы зрителями. Одним словом, всякое место, откуда только можно было надеяться увидать Августейшего Посетителя, было занято с раннего утра. В ожидании редкого события толпы народа на улицах терпеливо выносили солнечные лучи, от которых некуда было укрыться.

В 8 часов раздались два выстрела, возвестившие о приближении фрегата «Память Азова»; все глаза немедленно устремились ко входу в гавань, но висевший над водою легкий туман скрывал еще русский фрегат. Наконец, сквозь туман проглянула весьма медленно надвигавшаяся черная масса, а вскоре после того можно было различить очертания судна с его тремя дымившимися трубами. Вслед затем замечены были и две другие черные массы: фрегат «Владимир Мономах» и крейсер «Адмирал Корнилов», конвоировавшие «Память Азова». Все три судна, следуя одно за другим, подвигались крайне медленно. Приблизившись к стоявшему в гавани против лестницы, спускавшейся с пристани, английскому военному судну “Turquoise”, передовое судно русской эскадры салютовало берегу, и затем отданы были якоря при оглушительном салюте в 21 выстрел с “Turquoise”. Между тем командир английского судна, Капитан Брикенбери, как старший морской офицер в отсутствии Главного Командира Бомбейского Порта, отправился на паровом катере на «Память Азова» для приветствования Наследника Цесаревича. В 9 ½ часов отправился туда же и Губернатор. Полчаса спустя Лорд Гаррис вернулся на пристань, а вслед за ним вернулись и сопровождавшие его офицеры с известием, что Его Императорское Высочество съедет на берег на своем Собственном катере. Приблизительно чрез четверть часа развивавшийся на «Памяти Азова» флаг Наследника Цесаревича был спущен и вслед затем раздался с “Turquoise” новый салют, который был подхвачен другим английским судном “Reindur” и тремя русскими судами, команды коих разместились по реям. В промежутках между выстрелами раздавались с русских судов звуки русского национального гимна, на которые отвечали приветственные клики английских матросов. Салюты возвестили о том, что Его Императорское Высочество оставил фрегат, и, наконец, среди порохового дыма показался парадный катер с четырнадцатью красиво одетыми гребцами. Под тентом, устроенным над кормовою частью катера, находился Его Императорское Высочество со свитою в парадных мундирах. Как только катер подошел к пристани, с береговой батареи сделан был салют в 21 выстрел, а затем Губернатор и Главнокомандующий Бомбейскою армиею Сэр Джордж Гривс со свитою спустились с лестницы навстречу Наследнику Цесаревичу и проводили Его Высочество в шамианэ, где были представлены Августейшему Путешественнику лица, составляющие штаб Губернатора, судьи Верховной Палаты, иностранные Консула и некоторые европейцы и туземцы. Наследник Цесаревич был в мундире Лейб-Гвардии Гусарского полка; блестящие мундиры свиты Его Высочества также обратили на себя внимание публики. Вследствие легкого нездоровья, Великий Князь Георгий Александрович не мог сопровождать Своего Августейшего брата и остался на фрегате.

Как только окончились представления, Наследник Цесаревич в сопровождении Губернатора, Главнокомандующего армиею и Бригадир-Генерала Бёджена направился к месту, где стоял почетный караул. При приближении Его Высочества караул отдал честь, а расположенный сзади оркестр заиграл русский национальный гимн. Пройдя вдоль фронта, Наследник Цесаревич направился к выходу из шамианэ при приветственных криках собравшейся публики.

По выходе из шамианэ Наследник Цесаревич сел в парадный экипаж, запряженный четырьмя лошадьми с двумя ездовыми. По правую руку Его Высочества поместился Губернатор, а напротив Военный Секретарь последнего – полковник Родс и Флигель –Адъютант Князь Оболенский. Экипаж был эскортируем взводом личного конвоя Губернатора под командою Капитана Готта, а по левую сторону экипажа ехал верхом начальник местной полиции полковник Вильсон. В следующем экипаже поместился Его Высочество Принц Георгий Греческий вместе с полковником Джерардом и Сэр Д. Макензи Уоллес. В трех других экипажах поместились лица Свиты Наследника Цесаревича с английскими офицерами, назначенными сопровождать их. Во время следования поезда публика, смотревшая из окон, и занимавшие обе стороны улиц толпы народа приветствовали Августейшего Путешественника радостными криками. Его Высочество отвечал на эти крики приветливыми поклонами.

В 11 часов и 10 минут экипаж остановился у подъезда губернаторского помещения (Government House), где выставлен был почетный караул от 4-го стрелкового бомбейского полка с знаменем и оркестром, приветствовавшим Августейшего Путешественника звуками русского национального гимна. Губернатор вышел первый из экипажа и приветствовал Наследника Цесаревича, а на половине лестницы, по обе стороны которой расставлены были служители в красных ливреях, встретила Его Высочество Леди Гаррис, при коей находился личный Секретарь Губернатора Г. Эджерли.

После полудня Наследником Цесаревичем вместе с Губернатором, леди Гаррис и небольшою свитою предпринята была поездка на находящийся неподалеку от Бомбея остров Элефанта для осмотра знаменитых подземных храмов. Переезд от пристани Апполо-Бендер до острова был совершен на паровом катере “Bee”. Осмотр продолжался около двух часов, а затем сервирован был чай, после которого Наследник Цесаревич с Своими спутниками вернулся в Бомбей.

Вечером состоялся в помещении Губернатора парадный обед, а в 9 ½ часов бал. К назначенному часу бальная зала, блистательно освещенная, наполнилась многочисленными приглашенными, и вслед затем вошли в залу предшествуемые свитою Наследник Цесаревич вместе с Губернатором и его супругою. Бал был открыт Его высочеством и Леди Гаррис. Танцы продолжались до поздней ночи. Благодаря значительному числу приглашенных, в зале было очень душно, но живописно освещенный китайскими фонарями сад представлял прохладное убежище.

В среду после полудня Наследник Цесаревич принял участие в устроенном в честь Его Высочества в казенном саду garden party. Вечером состоялся обед у Губернатора.

В четверг (25/13 декабря) около 10 часов утра Наследник Цесаревич вместе с принцем Георгием Греческим отправились на фрегат «Память Азова», чтобы перед выездом из Бомбея навестить Великого Князя Георгия Александровича, здоровье Которого не вполне поправилось. Их Высочества пожелали совершить поездку инкогнито, почему для переезда до пристани приготовлен был наемный экипаж, запряженный парою. У пристани Высоких Путешественников ожидал русский военный катер. Пробыв на фрегате около 3-х часов, наследник Цесаревич возвратился в город, и после полудня была предпринята Его Высочеством в сопровождении Принца Георгия Греческого и Губернатора поездка по туземным кварталам Бомбея. Поездка эта была совершена равным образом инкогнито, в наемном экипаже, благодаря чему Высокие Путешественники получили возможность совершенно свободно осмотреть весьма многое из того, что туземный город представляет любопытного. По базарам, где народ обыкновенно толпится, приходилось ехать шагом, и Их Высочества могли видеть представителей различных народностей, населяющих Бомбей или его посещающих. На углу Esplanada Road Путешественники остановились, чтобы посмотреть на молодых парси (последователей религии Зороастра), игравших в крикет. Затем новая остановка сделана была у Альблес-Баг, где празднуются обыкновенно браки парсиев.

Августейшие Путешественники имели возможность посмотреть на одну из таких церемоний, в которой участвовало от двух до трех сот последователей Зороастра в их обычных белых одеждах; приблизительно такое же число женщин, одетых в шелковые ярких цветов ткани, обшитые золотыми и серебряными галунами, и украшенных драгоценностями, сидело у окон домиков, расположенных по обе стороны Бага. Поездка окончена была в 6 ½ часов по полудни.

После обеда, в 9 ½ часов, наследник Цесаревич и Принц Георгий со свитою перешли в центральную залу и там выразили его превосходительству Губернатору и его супруге Свою искреннюю благодарность за оказанное Им гостеприимство. Леди Гаррис проводила своих Высоких Гостей до крыльца и там простилась с Ними, после чего Августейшие Путешественники отправились на железнодорожную станцию в том самом порядке, в коем состоялось Их прибытие в Government House. Наследник Цесаревич сел вместе с Губернатором в экипаж, эскортируемый конвоем. На станции Их Высочества встречены были старшими военными чинами и железнодорожным начальством. В главной зале станции Их Высочества простились с офицерами русской эскадры и затем вышли на платформу, куда посторонняя публика не была допущена. Вся платформа была устлана красным сукном и вдоль ея расставлены были с одной стороны чины железнодорожной полиции, а с другой – служители Губернатора в красных ливреях, белых тюрбанах и белых же поясах. Благодаря заботам г. Миддельтона, начальника местного железнодорожного управления, экстренный поезд был устроен со всеми возможными удобствами; он состоял из шести вагонов-салонов, одного вагона 2-го класса, двух третьего класса и двух багажных. Первый вагон был предназначен для Наследника Цесаревича и Принца Георгия, а остальные вагоны-салоны для лиц свиты. В вагоне 2-го класса поместились: пять европейских служителей и четверо туземных ординарцев, а в вагонах 3-го класса остальные служители в числе 25 человек.

Простившись с его превосходительством Губернатором, высокие Путешественники заняли свои места, и в 10 ½ часов вечера поезд двинулся под главным управлением Г. Миддельтона. В поезде находились и Гг. Сканнель, начальник уездной полиции, и Джефферис, заведующий пассажирским движением».

Подготовка текста и публикация Андрея Хвалина