О ДУХОВНОМ НАСЛЕДИИ ПРОСВЕТИТЕЛЯ ЯПОНИИ

В Николо-Угрешской духовной семинарии прошла Международная церковно-научная конференция «Духовное наследие равноапостольного Николая Японского»

О ДУХОВНОМ НАСЛЕДИИ ПРОСВЕТИТЕЛЯ ЯПОНИИ
портрет равноапостольного Николая Японского https://sun1-7.userapi.com/

16 февраля 2019 года, в день памяти святого равноапостольного Николая Японского, в Николо-Угрешской духовной семинарии прошла Международная церковно-научная конференция «Духовное наследие равноапостольного Николая Японского», посвященная 75-летию со дня кончины Патриарха Сергия (Страгородского), члена Российской духовной миссии в Японии (1890–1893; 1897–1899).

Она началась с Божественной Литургии в Преображенском соборе Николо-Угрешского ставропигиального монастыря. Богослужение возглавил Высокопреосвященнейший Амвросий, архиепископ Верейский, ректор Московской духовной академии, которому сослужили ректор Николо-Угрешской духовной семинарии игумен Иоанн (Рубин), преподаватели в священном сане и студенты семинарии.

По окончанию Божественной Литургии архиепископ Верейский Амвросий возглавил Годичный акт в актовом зале Николо-Угрешской семинарии, на котором Патриаршими наградами и Почетными грамотами были отмечены учащие и учащиеся семинарии.

Открывший конференцию ректор Николо-Угрешской семинарии игумен Иоанн посвятил свой доклад оценке роли Святейшего Патриарха Сергия (Страгородского) в истории Российской духовной миссии в Японии. Профессор университета Кобэ (Япония) Игорь Симидзу сделал доклад «Православные японцы 1892-93 гг. глазами Сергия Страгородского». Далее выступили: д.и.н. с.н.с., секретарь Центра Истории религии и Церкви Института российской истории РАН И.Ю. Смирнова «Связь между православными миссиями Востока: переписка равноапостольного Николая Японского и архим. Антонина (Капустина)»; к.филол.н., доцент кафедры японской филологии Института стран Азии и Африки МГУ им. М.В. Ломоносова В.П. Мазурик «Опыт Русской Миссии в Японии: противостояние диалога и монолога на рубеже эпох и культур»; кандидат культурологии, МГК им. Чайковского Н.Ф. Клобукова (Голубинская) «»Наша японская Москва». Жизнь Токио рубежа XIX-XX вв. глазами архим. Сергия (Страгородского)»; к.и.н. н.с. Центра политических исследований и прогнозов Института Дальнего Востока РАН Л.А. Афонина «Священномученик Митрофан Китайский: между Пекином и Токио»; к.и.н., Институт Философии СПБГУ А.Д. Бертова «Образ равноапостольного Николая Японского в представлении синтоистского священнослужителя Сано Цунэхико: к вопросу о подлинности диспута 21 сентября 1884 года»; д.п.н. Н.А. Ерофеева «Год со святителем Николаем Японским»; председатель Юбилейного комитета к 130-летию путешествия на Восток Великого Князя Наследника Цесаревича Николая Александровича, член Союза писателей России А.Ю. Хвалин «Равноапостольный Николай Японский и пребывание Цесаревича Николая Александровича в Японии в 1891 г.»;

О ДУХОВНОМ НАСЛЕДИИ ПРОСВЕТИТЕЛЯ ЯПОНИИ
Игумен Иоанн (Рубин), Андрей Хвалин, Игорь Симидзу (слева направо)

исследователь жизни и трудов равноапостольного Николая Японского Н.В. Садовский «Жизнь св. Николая Японского и шесть вопросов исторического поиска»; отв. ред. Собрания трудов равноап. Николая Японского И.В. Кузьмина «Переписка равноап. Николая и гл. ред. ж-ла «Светоч и дневник писателя» А.В. Круглова»; студент магистратуры Николо-Угрешской духовной семинарии А.А. Черепня «Архиепископ Владимир (Соколовский) и вопрос монашества в Японской Православной Церкви».

Подводя итоги конференции, ректор Николо-Угрешской семинарии игумен Иоанн отметил, что духовное наследие равноапостольного Николая неисчерпаемо и призвал участников конференции продолжить свои исследования. Более подробная информация о конференции содержится на сайте Николо-Угрешской семинарии (http://www.nupds.ru/index.php).

Ниже публикуется полный текст доклада председателя Юбилейного комитета к 130-летию путешествия на Восток Великого Князя Наследника Цесаревича Николая Александровича, члена Союза писателей России А.Ю. Хвалина «Равноапостольный Николай Японский и пребывание Цесаревича Николая Александровича в Японии в 1891 году».

 

+

 

Андрей Хвалин,

председатель Юбилейного комитета

к 130-летию путешествия на Восток

Наследника Цесаревича

 

РАВНОАПОСТОЛЬНЫЙ НИКОЛАЙ ЯПОНСКИЙ

И ПРЕБЫВАНИЕ ЦЕСАРЕВИЧА НИКОЛАЯ АЛЕКСАНДРОВИЧА

В ЯПОНИИ В 1891 ГОДУ

Выступление на Международной церковно-научной конференции «Духовное наследие равноапостольного Николая Японского» в Николо-Угрешской духовной семинарии 16 февраля 2019 года

Путешествие Великого Князя Николая Александровича на Восток 1890/91 годов стало предприятием невиданного доселе в государственной практике размаха и значения. Программа путешествия Цесаревича, которая детально обсуждалась на совещаниях у Императора Александра III, имела целью поклонение святым местам, поддержку православия в мире, усиление внутренней миссии.

Помимо основной, духовной, ставились и иные цели Восточного путешествия, а именно: образовательная, дипломатическая, военная, экономическая, культурная. А также изучение на месте важного вопроса «об устройстве сплошного рельсового пути в Сибири», совершение во Владивостоке закладки Уссурийского участка Великого Сибирского рельсового пути. Рассматривалась и проблема заселения страны вглубь как одна из основных задач первостепенной важности. И надо констатировать, что все поставленные задачи были блестяще решены, несмотря на трудности и непредвиденные обстоятельства.

Материалом данного исследования послужили Дневник Наследника Цесаревича Николая Александровича, хранящийся в ГА РФ и относящийся к его визиту в Японию (ГА РФ. Ф. 601. Оп. 1. Д. 225), и документы из Архива внешней политики Российской Империи МИД РФ (АВПРИ).

Путешествие продлилось с 23 октября (ст.ст.) 1890 года по 4 августа 1891 года, то есть заняло более 9 месяцев. За время путешествия было пройдено 51 000 вёрст, из них 15 000 — по железной дороге, 5 000 — в экипаже, 21 900 — по морям, 9 100 — по рекам. Были посещены Австрия, Греция, Египет, Индия, Цейлон, Сингапур, Сиам (Тайланд), Гонконг, Китай и Япония. Оттуда эскадра Цесаревича пришла во Владивосток, а затем путешествие продолжилось по суше и рекам до Санкт-Петербурга.

После посещения Китая эскадра из шести кораблей русского флота, возглавляемая флагманским крейсером «Память Азова» под брейд-вымпелом Цесаревича, 15 апреля 1891 года вошла в японский порт Нагасаки. Помимо свиты, Великого Князя Николая Александровича сопровождал греческий принц Георгий.

Визит Наследника Всероссийского престола в Японию проходил в сложной внутриполитической и международной ситуации. В отличие от японского Императорского Двора, однозначно приветствовавшего визит Цесаревича, в «стране восходящего солнца» были многочисленные и могущественные силы, которые ему явно или тайно противились. Об этом красноречиво свидетельствуют депеши за 1890 – начало 1891 года российского посланника в Токио Дмитрия Егоровича Шевича. Выражая в начале «некоторое беспокойство» тем «общим смутным состоянием, в коем находится Япония» накануне визита Августейших путешественников, со временем русский дипломат констатирует, что «Император ожидает с нетерпением и удовольствием приезда в Японию Наследника Цесаревича, каковое событие будет иметь счастливым результатом скрепление дружеских уз, существующих между обоими Дворами» (АВПРИ. Ф. 150. Японский стол. Оп. 493. Д. 896. Лл. 12, 12 об., 14, 15).

Надо учитывать и тот факт, что только накануне визита Цесаревича между обеими странами был улажен инцидент о нападении на Российскую Императорскую Миссию 17/29 ноября 1890 года.

Русская колония в Японии готовилась встретить Августейшего путешественника радостно и торжественно. Согласно планам визита его ждали в соборе Воскресения Христова (Николай-до), построенном святым равноапостольным Николаем (Касаткиным) и полностью освященном 24 февраля/8 марта 1891 года буквально накануне визита.

По свидетельству сотрудника Русской Духовной миссии в Токио иеромонаха Сергия (Страгородского), будущего Патриарха, «всe готовились встречать дорогого гостя радушно, с почетом, готовили ему разные подношения, празднества, иллюминации и пр». (Сергий (Страгородский), архим. На Дальнем Востоке (Письма японского миссионера). Арзамас. 1897. С. 144-145). Хотели преподнести иконы в Токийском храме святителя Николая и памятные фотографии.

В Нагасаки Августейшие путешественники провели Страстную Седмицу и встретили в корабельной церкви Праздник праздников – Святую Пасху.

23 апреля 1891 года русская эскадра покинула Нагасаки и прибыла в порт Кагосима, столицу княжества Сацума, на юге японского острова Кюсю.

Высокому гостю в Кагосиме оказал радушный прием князь Симадзу Тадаёси, глава 29-го поколения правящей династии Симадзу – одного из древнейших и наиболее могущественных самурайских кланов Японии, сыгравшего значительную роль в истории страны, в особенности, в реставрации Мэйдзи.

В дневнике Цесаревича от 24-го апреля 1891 года есть упоминание о встрече в Кагосиме с православным священником о. Иаковом Такая – воспитанником равноапостольного Николая Японского: «В губернаторском доме принял японского православного священника». Далее перечисляются все события того насыщенного единственного дня пребывания эскадры в Кагосиме (ГА РФ. Ф. 601. Оп. 1 Д. 225. Лл. 177, 181).

Об этом же дне сообщает в своей депеше сопровождавший Цесаревича российский посланник в Токио Д.Е. Шевич:

«Перед отъездом из Кагосима Его Императорское Высочество послал встретившему Его православному священнику образ св. Николая Чудотворца в богатом серебряном окладе» (выделено мной – А.Х.) (АВПРИ. Ф. 150. Японский стол. Оп. 493. Д. 896. Лл. 176-177, 180).

Об этой иконе пишет в своих дневниках равноапостольный Николай Японский: «Здесь в Церкви (Кагосимы – А.Х.) истинное сокровище — подаренная нашим Наследником Цесаревичем икона Святителя Николая превосходной иконописи и великолепной отделки придворного мастера Хлебникова. Выставляется она в Церкви во время богослужений на столике; в прочее же время прячется из опасения, что могут украсть. Получена она о. Яковом на судне «Память Азова» после представления его Наследнику Цесаревичу в здании здешнего Губернского Правления (Кенчё); о. Якову велено было явиться на судно для получения иконы» (Дневники святого Николая Японского в 5 тт. /Сост. К. Накамура. Т. II. СПб. Изд-во Гиперион. 2004. С. 450).

По свидетельству праправнучки японского священника г-жи Мидори Терада, «икона хранилась в церкви, но пропала в конце Второй мировой войны во время пожара, вызванного американскими бомбардировками города. До того, как это произошло, были планы объявить ее национальным достоянием» (Рябов О., Рябова О. О священнике Иакове Такая, ученике и сподвижнике святителя Николая Японского. http://archive-khvalin.ru/o-svyashhennike-iakove-takaya/)

Высоким Гостям – Цесаревичу Николаю и греческому принцу Георгию в числе других подарков Сацумским князем были поднесены вазы с их вензелями.

Проведенный в Кагосиме день Цесаревич назвал в своем дневнике «весьма занятным» (ГА РФ. Ф. 601. Оп. 1 Д. 225. Л. 181), и в прекрасном расположении духа отправился дальше.

27 апреля эскадра прибыла в порт Кобэ. Оттуда Цесаревич по суше добрался до Киото. 29 апреля Великий Князь Николай Александрович с принцем Георгом Греческим в сопровождении японского принца Арисугава отправились на колясках из Киото в город Оцу (Отсу), где и произошло печально известное покушение, вошедшее в историческую литературу как «инцидент в Оцу».

По свидетельству иеромонаха Сергия (Страгородского), епископ Николай, узнав о случившемся, сразу же отправился в посольскую церковь служить молебен о здравии Цесаревича. После молебна, собравшись все вместе, делились впечатлениями, опасениями, написали Цесаревичу телеграмму от всей русской колонии. Затем преосвященный Николай на экстренном поезде поспешил в Киото, чтобы лично увидеть Цесаревича.

В тот же вечер православные японцы со своим духовником о. Павлом Сато в соборе святителя Николая молились о здравии Цесаревича. На следующий день служили молебен христиане токийских церквей.

Весь вечер и следующий день в комнату иеромонаха Сергия приходили христиане с выражением сочувствия. Все были смущены и удручены случившимся.

1-го мая вернулся преосвященный Николай «с самыми утешительными известиями, что Цесаревич ранен легко и теперь совсем поправляется». Он рассказал, что был очень милостиво принять Цесаревичем. Сообщил ему о печали всех своих xpистиан, об их молитве за него. Наследник Цесаревич благодарил епископа и сказал, что «из-за одного человека он отнюдь не переменил своего доброго мнения о Японии» (Сергий (Страгородский), архим. На Дальнем Востоке (Письма японского миссионера). Арзамас. 1897. С. 145-146).

Какова была в эти дни атмосфера в Японии в целом, можно судить по записям в дневнике Цесаревича и по дипломатической переписке. Вот выдержка из дневника за 30-ое апреля 1891 года: «Целый день также через двор таскали вещи – подарки и подношения от храмов, школ, обществ и магазинов! Телеграммам не было числа. В 10 час(ов) вечера из Токио прикатил сам Император с двумя принцами» (ГА РФ. Ф. 601. Оп. 1. Д. 225. Л. 195).

По сообщению российского посланника Д.Е. Шевича, «при первой вести о злодейском преступлении 29 апреля ужас, стыд и негодование охватили Японию» (АВПРИ. Ф. 150. Японский стол. Оп. 493. Д. 896. Л. 205-206).

По распоряжению Государя Императора Александра III после «инцидента в Оцу» программа пребывания Наследника в Японии была спешно свернута. Не состоялось его посещение освященного 24 февраля/8 марта 1891 года собора святителя Николая в Токио и северных районов Японии, предусмотренных первоначальным планом визита.

Перед уходом из Японии Наследник Цесаревич поручил российскому посланнику Д.Е. Шевичу раздать от его имени различным благотворительным учреждениям в Японии значительные суммы денег. Прежде всего, 10.000 иен предназначалось на окончание построек по Токийскому Православному Собору и на нужды школ при Русской Духовной Миссии. Выделены были средства из пожертвованной им общей суммы и японским благотворительным учреждениям (АВПРИ. Ф. 150. Японский стол. Оп. 493. Д. 896. Л. 268).

Отплыв 7 мая из Кобэ, Цесаревич 11 мая прибыл во Владивосток, откуда уже по суше и рекам продолжил свой путь в Санкт-Петербург.

Плоды путешествия на Восток Цесаревича Николая Александровича, в том числе и его посещение Японии, имели большое значение для православной миссии, для внешней и внутренней политики Российской Империи.

В современной Японии, хотя князья Симадзу больше не правят, их присутствие в Сацума остаётся довольно заметным. Представители исторического японского региона Сацума составили основу Организации СацуРо — Совет по поддержке Сацумо-Российских связей (Satu-Ro Exchange Promotion Council (SREPC). Организация поддержана Князем Симадзу Нобухиса. Заседания Совета проходят в помещениях семейного замка Симадзу. Члены СацуРо помимо прочего ставят перед собой цель сохранения доброй памяти об Императоре Николае Втором, его посещении г. Кагосима и встрече с Князем Симадзу Тадаёси, правителем земель Сацума. Поэтому «семь самураев» во главе с председателем СацуРо г-ном Норио Акахори в июле 2015 года посетили Екатеринбург, чтобы принять участие в покаянном крестном ходе от Храма-на-Крови до монастыря святых Царственных страстотерпцев на Ганиной Яме.

Члены СацуРо совместно с прихожанами православного храма Кагосимы, настоятелем которого был о. Иаков Такая, участвовали в праздновании 100-летия жертвенного подвига святого Царя-страстотерпца с Августейшей Семьей на Уральской Голгофе. К памятнику, возведенному в Кагосиме в честь визита Цесаревича в 1891 году, были возложены цветы. Участие в церемониях принимала и праправнучка О. Иакова г-жа Мидори Терада. Она рассказала собравшимся о том, что у нее хранятся дневники о. Иакова Такая, которые еще ждут перевода на русский язык.

С 25 декабря 2018 г. по 24 февраля 2019 г. в японском городе Кагосима в музее Реймикан (Reimeikan) проходит выставка «Satsuma ware» знаменитого сацумского фарфора стиля «сацумаяки» из крупнейших музеев мира. Одним из смысловых центров экспозиции является ваза из коллекции Эрмитажа, принадлежавшая Императору Николаю II. Это одна из двух сацумских ваз, подаренных князем Симадзу Наследнику Цесаревичу Николаю Александровичу. Вазы сохранились в коллекциях Эрмитажа и музея им. А.Л. Штиглица в Санкт-Петербурге. Ныне ими можно любоваться и в России, и в Японии (http://archive-khvalin.ru/xrupkaya-diplomatiya/).

Современные добрососедские отношения между Россией и Японией во многом определяются традициями благожелательности и симпатии, заложенными равноапостольным Николаем Японским и Царем-страстотерпцем Николаем.