ВЕК ДЕРЖАВНОЙ ИКОНЫ БОЖИЕЙ МАТЕРИ И ДОГМАТ ИКОНОПОЧИТАНИЯ

15 марта 2017 года, столетие явления

 

Накануне праздника 100-летия явления Державного образа мне позвонил известный ныне православный общественный деятель Николай Ломакин и пригласил вместе помолиться. С радостью откликнулся на приглашение. Как никак из ста лет после явления образа четверть века живу под омофором Державной Богородицы. Когда мы, члены московского Братства святого Царя-мученика Николая, в октябре 1991 года впервые собрались у бассейна «Москва», на месте разрушенного Храма Христа Спасителя, читать акафист Божией Матери Державной, разве мог я предположить, что не пройдет и десяти лет, как буду стоять на солее возрожденного Храма Христа Спасителя в день величайшего торжества – прославления Царственных страстотерпцев во главе сонма новомучеников и исповедников Церкви Русской ХХ века.

Храм-Христа-Спасителя
Храм Христа Спасителя. Фото: А Хвалин.

А в тот темный октябрьский вечер 91-го года нас было не более десятка. Инициатором и вдохновителем выступал Николай Ломакин. Члены Братства по очереди каждый день читали акафист иконе Державной Богородице, потом добавили акафист Царю-мученику Николаю. По воскресеньям стекался сюда многочисленный православный люд, появились священники, совершавшие богослужения, пошли крестные ходы вокруг бассейна и даже через Красную площадь. Стараниями Николая Ломакина и его помощников был установлен закладной камень будущего Храма Христа Спасителя, возведена ажурная часовенка, и со временем построен деревянный храм иконы Божией Матери Державной. Теперь они неразлучны и всегда рядом: огромный вселенский собор Христа Спасителя и небольшой, уютный и нам родной храм Державного образа Его Матери.

В праздник, 15-го марта 2017 года, в день с 100-летия обретения образа Пресвятой Богородицы «Державная» в подмосковном селе Коломенское и 100-летия отречения от престола Императора Николая II Литургию Преждеосвященных Даров в деревянном храме комплекса Храма Христа Спасителя, который освящен в честь Державной иконы, совершил ключарь Храма Христа Спасителя протоиерей Михаил Рязанцев. Ему сослужили протодиакон Дионисий Пряхин, а так же: иерей Сергий Парфенов, клирик храма свв. бессрр. Космы и Дамиана в Северном Тушине; иерей Михаил Енуков, клирик храма преподобного Сергия Радонежского в Бибиреве г. Москвы. За Богослужением пел Молодежный хор Храма Христа Спасителя под управлением Светланы Соколовской. Храм был полон, яблоку негде было упасть.

По окончанию Богослужения состоялся крестный ход вокруг храма. После крестного хода и молебна перед храмовым образом Божией Матери «Державная» отец Михаил обратился к собравшимся со словами проповеди. В частности, он сказал:

«Это особый день, именно в этот день сто лет назад явился образ Богородицы Державной, в честь которого и освящен храм. День явления образа Божией Матери Державная совпал с днем отречения Императора Николая II. Многие люди увидели в этом Промысл Божий, т.к. светская власть, благословенная Богом, прекратилась в России, и Матерь Божия Сама взяла на Себя покровительство Отечеству нашему. К сожалению, чада Царицы Небесной повели себя недолжным образом, и наступили тяжелые времена. Но у части верующих людей теплилась надежда и твердая вера, которая помогла преодолеть трагические события. Несмотря на то, что было уничтожено много духовенства и верующих людей, порушено много храмов, как и Храм Христа Спасителя, вера пусть и небольшого количества людей преодолела все тягостные события. Сегодня мы видим, что снова и снова восстанавливаются храмы, и они наполняются верующими людьми. И этот храм Божией Матери «Державная», построенный как предтеча основного храма, был возведен для того, чтобы молитвенно помогать строительству и воссозданию Храма Христа Спасителя. И прошло совсем немного времени и по молитвам всех тех, кто приходил сюда, может, в небольшом количестве, это подчеркиваю, потому, что важно не количество, а важно духовное состояние, духовная уверенность в том, что Господь с нами. Именно это помогло в кратчайшие сроки построить наш замечательный Храм Христа Спасителя. И я очень рад и благодарен вам, всем тем, кто пришел сегодня в этот храм. И пусть Царица Небесная будет вашей Помощницей в духовном делании. Желаю всем вам еще многие и многие годы ходить сюда, в этот храм, чтобы получить духовную поддержку и утешение от Царицы Небесной, которое заключается в Ее честном образе Державном. С праздником!».

После проповеди, подходя ко кресту, все молящиеся поздравили батюшку с 36-летней годовщиной диаконской хиротонии и престольным праздником. Значение праздника 100-летия явления иконы Божией Матери «Державная» со временем будет только возрастать. Чем сильнее гонения на веру, тем радостнее Победа Православия!

 

+

Державная икона
Державная икона. Фото: www.xxc.ru

В ряду почитаемых на Руси чудотворных образов Божией Матери особое место занимает икона, обретенная в ХХ веке, которой суждено было стать одной из главных святынь современной России – икона Богородицы «Державная». Столетний юбилей явления этого образа можно уподобить русскому Торжеству Православия над современными иконоборцами, гонителями Христа и верующих в Него. Об этом свидетельствует нам история Вселенской Церкви.

Возникшее как следствие Боговоплощения и отразившее священный образ, церковное христианское искусство с течением времени вырабатывало и утверждало свои догматы и каноны, неотделимые от вероучительной сущности христианства. Имея своим источником Св. Писание Ветхого (Исх. 25: 17-22; Числ. 7: 88-89; Иезек. 41: 1, 15, 19) и Нового (Ин. 1: 29; Евр. 9: 1-5) Заветов и Св. Предание, церковное искусство первых веков, несмотря на преобладающий символический характер, запечатлело и иконописный лик священного образа. Церковное Предание утверждает существование иконы Спасителя еще при Его жизни (Нерукотворный Образ) и икон Божией Матери, появившихся после Пятидесятницы (написанных св. Евангелистом Лукой).

Процесс усвоения людьми церковной веры был, несомненно, весьма длителен и тернист. Церковь придавала большое значение образу как подлинному исповеданию христианской веры и уделяла особое внимание церковному искусству в своем учении.

В период Вселенских Соборов в ответ на нападки еретиков и лжеучителей на церковное искусство оно получает в деяниях этих Соборов  православное обоснование. В этом отношении особое значение имеют два Собора: Пято-Шестой (Трулльский), который еще называется Шестым Вселенским, и Седьмой Вселенский Соборы. Значение и деяния их ныне также актуальны и важны для современного церковного искусства и каждого православноверующего, как и более чем тысячу лет назад.

 

 

Формирование христианского взгляда на изображения

в правилах Пято-Шестого (Трулльского) Собора

 

В источниках, рекомендованных для изучения студентам высших православных учебных заведений, начало заседаний Пято-Шестого Собора разнится. Если в своем «классическом» труде «Богословие иконы Православной Церкви» Л.А  Успенский утверждает, что «Пято-Шестой Собор открылся 1 сентября 692 года» /1, с. 61/, то протоиерей Валентин Асмус в лекциях по церковной истории дает более конкретные сроки: «Он (т.е. Пято-Шестой Собор – А.Х.) был еще более продолжительным, чем VI, и заседал с 1 сентября 691 г. до 31 августа 692 г., т.е. ровно год» /2, с. 52/ (подчеркнуто мной – А.Х.). В других лекциях по истории Древней Церкви – авторитетнейшего В.В. Болотова – вообще об этом Соборе не упоминается /3/. В современных массовых изданиях по церковному искусству, например, книге Ю.Г. Боброва «Основы иконографии древнерусской живописи» дается указание просто на 692-й год /4, с. 22/.  Впрочем, проблема датировки этого Собора не входит в нашу задачу. Как бы там ни было, он состоялся, и с данным утверждением никто из вышеупомянутых авторов не спорит.

Первые годы царствования императора Юстиниана II были спокойными и плодотворными, что дало ему возможность провести Пято-Шестой (Трулльский) Собор, который состоялся в Константинополе, в той же самой зале императорского дворца, что и VI Вселенский Собор. Он восполнил работу V и VI Соборов, не давших церковных правил, и издал обширный корпус канонов, числом в 102 правила, из которых собственно церковному искусству и иконописи посвящены 73-й, 82-й и 100-й каноны.

Правило 73-е относится к изображению святого креста и гласит:

«Поелику животворящий крест явил нам спасение: то подобает нам всякое тщание употребляти, да будет воздаваема подобающая честь тому, чрез что мы спасены от древняго грехопадения. Посему и мыслию, и словом, и чувством поклонение ему принося, повелеваем: изображения креста, начертываемыя некоторыми на земли, совсем изглаждати, дабы знамение победы нашея не было оскорбляемо попиранием ходящих. И так отныне начертывающих на земли изображение креста повелеваем отлучати» /5, с. 106-107/.

С одной стороны, это очень простое и однозначное правило – отлучать от Церкви всех, кто изображает крест на земле и попирает его ногами. А с другой стороны, его необходимо твердо помнить и нынешним христианам, поскольку такие «хульные» начертания креста (и других христианских символов) можно очень часто увидеть сегодня в самых разных, и даже непотребных, местах. Так, при осуществлении реставрации Екатерининского придела Петропавловского собора, чтобы поместить туда так называемые «екатеринбургские останки», выдаваемые за останки Царской Семьи Императора Всероссийского Николая Второго, на полу у новосделанного входа изобразили крест. И все, кто теперь захочет войти в собор через Екатерининский придел, вынуждены будут попирать крест Христов ногами.

Наиболее значимо для церковного искусства 82-е правило, поскольку оно раскрывает содержание священного образа, как он понимается соборным разумом Церкви. Текст канона следующий:

«На некоторых честных иконах изображается, перстом Предтечевым показуемый, агнец, который принят во образ благодати, чрез закон показуя нам истиннаго Агнца, Христа Бога нашего. Почитая древние образы и сени, преданныя Церкви, как знамения и предначертания истины, мы предпочитаем благодать и истину, приемля оную, яко исполнение закона. Сего ради, дабы и искусством живописания очам всех представляемо было совершенное, повелеваем отныне образ Агнца, вземлющаго грехи мира, Христа Бога нашего, на иконах представляти по человеческому естеству вместо ветхаго агнца: да чрез то созерцая смирение Бога слова, приводимся к воспоминанию жития Его во плоти, Его страдания, и спасительныя смерти, и сим образом совершившагося искупления мира» /5, с. 109-110/.

Таким образом, Собор предписывает заменять символы Ветхого Завета и первых веков христианства прямым изображением того, кого они изображают, поскольку сама Церковь уже пережила период «иудейской незрелости» и теперь может четко сформулировать догматическое обоснование данного образа. Это первое соборное выражение христологической основы иконы.

Если 82-й канон направлен против «иудейской незрелости», то 100-й обличает и запрещает языческие пережитки и праздники. Он гласит:

«Очи твои право да зрят, и всяцем хранением блюди твое сердце (Притч. 4: 23, 25), завещавает Премудрость: ибо телесныя чувства удобно вносят свои впечатления в душу. Посему изображения на досках, или на ином чем представляемыя, обаяющия зрение, растлевающия ум, и производящия воспламенения нечистых удовольствий, не позволяем отныне, каким бы то ни было способом, начертавати. Аще же кто сие творити дерзнет: да будет отлучен» /5, с. 116/.

Здесь не просто подчеркивается нравственная разница между христианским и языческим искусством, запрещение чадам Церкви внимать языческим праздникам, например, Брумалиям (эти торжества в честь Вакха были запрещены 62-м соборным правилом), но и проводится разделительная черта между чистым духовным устроением иконописца и страстным мироощущением художника-язычника.

Пято-Шестой (Трулльский) Собор утвердил в жизни Церкви принцип соответствия иконописного изображения Священному Писанию – иконописный канон, который был включен в целый канонический корпус. Собор не только принял свои 102 правила, но и подтвердил значение правил предшествующих – первых четырех Вселенских и целого ряда поместных Соборов, а также утвердил значение для всей Церкви правил некоторых святых отцов и, наконец, он утвердил так называемые Апостольские Правила. Теперь Церкви предстояло исповедовать истину и показывать ее средствами церковного искусства в тяжелое время иконоборческой эпохи.

 

 

История и постановления Седьмого Вселенского Собора.

Принятие догмата иконопочитания.

 

В конце VIII века в Церкви обозначилась новая ересь — иконоборчество. Иконоборцы отрицали почитание земной святости Матери Божией и святых Божиих угодников и обвиняли православных в поклонении тварному созданию — иконе. Вокруг вопроса о почитании икон возникла ожесточенная борьба. На защиту святыни поднялись многие верующие, на которых обрушились тяжкие гонения.

Все это потребовало дать полное учение Церкви об иконе, ясно и четко определить его, восстанавливая иконопочитание наравне с почитанием Святого Креста и Святого Евангелия.

Жестокое гонение на святые иконы, которое воздвиг Император Лев Исавриец, продолжалось и при его сыне и внуке. В 787 году против этой иконоборческой ереси Царицею Ириною созван был Седьмой Вселенский Собор в г. Никее, на который явились 367 отцов (в ходе Собора их численность колебалась).

Святые отцы VII Вселенского Собора собрали церковный опыт почитания святых икон с первых времен, обосновали его и сформулировали догмат об иконопочитании на все времена и для всех народов, которые исповедуют Православную веру.

По мнению церковного историка Ф.И. Успенского, прочитанный на седьмом заседании 13 октября соборный орос «имеет большое значение в истории Восточной Церкви как последний, в сущности, акт соборной Вселенской Церкви, как основной документ, на который ссылались и могут ссылаться Западная и Восточная Церкви в своих сношениях. Уже и то имеет значение, что заключительное определение было прочитано южноитальянским епископом Феодором и что в нем нашли себе применение дальнейшие стадии догматического учения после составления символа; кроме того, в нем в окончательной полноте и подробности обосновано учение Церкви о поклонении святым иконам» /6, с. 668/.

Догмат об иконопочитании Трехсот шестидесяти седми святых отец Седьмого Вселенского Собора, Никейского, звучит следующим образом:

«Храним не нововводно все, писанием или без писания установленные для нас Церковные предания, от них же едино есть иконного живописания изображение, яко повествованию Евангельския проповеди согласующее, и служащее нам ко уверению истинного, а не воображаемого воплощения Бога Слова, и к подобной пользе. Яже бо едино другим указуются, несомненно едино другим уясняются. Сим тако сущим, аки царским путем шествующе, последующе Богоглаголивому учению Святых Отец наших и преданию Кафолическия Церкве, (вемы бо, яко сия есть Духа Святого в ней живущего), со всякою достоверностию и тщательным рассмотрением определяем:

подобно изображению честного и животворящего Креста, полагати во святых Божиих церквах, на священных сосудах и одеждах, на стенах и на досках, в домах и на путях честные и святые иконы, написанные красками и из дробных камений и из другого способного к тому вещества устрояемые, якоже иконы Господа и Бога и Спаса нашего Иисуса Христа, и непорочныя Владычицы нашея святыя Богородицы, такожде и честных ангелов, и всех святых и преподобных мужей. Елико бо часто чрез изображение на иконах видимы бывают, потолику взирающии на оныя подвизаемы бывают воспоминати и любити первообразных им, и чествовати их лобызанием и почитательным поклонением, не истинным, по вере нашей, Богопоклонением, еже подобает единому Божескому естеству, но почитанием по тому образу, якоже изображению честного и животворящего Креста и святому Евангелию и прочим святыням фимиамом и поставлением свечей честь воздается, яковый и у древних благочестный обычай был. Ибо честь, воздаваемая образу, преходит к первообразному, и покланяющийся иконе поклоняется существу изображенного на ней. Тако бо утверждается учение Святых Отец наших, сиесть предание Кафолическия Церкве, от конец до конец земли приявшия Евангелие» /5, с. 7-8/.

Таким образом, Святые отцы провозгласили, что иконопочитание — это законоположение и Предание Церкви, оно направляется и вдохновляется Святым Духом, живущим в Церкви. Изобразительность икон неразлучна с евангельским повествованием. И то, что слово евангельское сообщает нам через слух, то же самое икона показывает через изображение.

Седьмой Собор утвердил, что иконопись есть особая форма откровения Божественной реальности и через Богослужение и икону Божественное откровение становится достоянием верующих. Через икону, как и через Священное Писание, мы не только узнаем о Боге, мы познаем Бога; через иконы святых угодников Божиих мы прикасаемся к преображенному человеку, причастнику Божественной жизни; через икону мы получаем всеосвящающую благодать Святого Духа.

Однако сам характер (modus) чествования икон в соборном оросе подробно не раскрывается, поскольку Святые отцы, возгласив на нем «вечную память» преп. Иоанну Дамаскину, признали труды этого защитника иконопочитания достойными Собора и безусловно истинными по этому вопросу.

Начиная с первых иконоборческих выступлений Льва III, во второй половине 20-х годов,  преп. Иоанн составил одно за другим «Три слова в защиту святых икон», в которых помимо прочего, утверждает правила иконопочитания. Он проводит различие между двумя видами поклонения: один из них называется греческим словом «лятрия» (на слав. язык это переводится словом «служение») и этот вид почитания нужно воздавать одному только Богу. От «лятрия» отличается «поклонение» – «проскинисос», которое можно воздавать всему, что Божественно, всему, что имеет то или иное причастие к Божественной славе и Божественной власти. В основу всей своей аргументации преподобный Иоанн Дамаскин полагает христологический аргумент – изображение Христа Спасителя. Следовательно, вообще всякое изображение на иконе возможно, потому что Сын Божий пожелал стать человеком.

Окончательное Торжество Православия над ересью иконоборчества в мире наступит позже, после окончания второго периода гонений. Но прочный догматический фундамент в основание этой победы православного христианства над одной из крупнейших христологических ересей заложили именно Святые отцы Седьмого Вселенского Собора.

Но и в дальнейшем иконоборчество, с одной стороны, и учение Церкви о почитании святых икон, с другой стороны, вызывали очень большой интерес и совершенно различную оценку. В Католической Церкви упор был сделан на психологическую и эстетическую стороны иконы. Сейчас в связи с усиливающейся католической экспансией в России, с новой силой разгорелись споры между православными и католиками по поводу иконописания. Исходя по сути из одного положения, оппоненты приходят к разным выводам.

Так, например, один из современных прокатолических исследователей утверждает, что на Востоке из-за схизмы и ее последствий (исихазм и т.д.) развитие иконы происходило не всегда согласно с церковным учением, что современное восточное богословие иконы практически имеет мало общего с богословием Отцов VII Вселенского Собора, тогда как на Западе икона до недавнего времени развивалась в целом согласно учению Отцов Церкви /7/.

После произошедшей в XVI в. на Западе Реформации протестанты различных толков выступали как умеренные или неумеренные иконоборцы. Продолжают они, в том числе и наши отечественные, выступать в этой роли до сих пор. Только одна Православная Церковь остается верна решениям Пято-Шестого и Седьмого Вселенского Соборов, не отвергаясь принятых ими догматов и канонов, и не впадая в еретические нововведения.

Каждый день Святая Церковь прославляет иконы Матери Божией, празднует память святых Божиих угодников. Их иконы кладут перед нами на аналой для поклонения, и живой религиозный опыт каждого из нас, опыт нашего постепенного преображения через них, делает нас верными чадами Святой Православной Церкви. И это истинное воплощение в мире трудов святых отцов VII Вселенского Собора. Именно поэтому из всех побед над множеством разнообразных ересей одна только победа над иконоборчеством и восстановление иконопочитания была провозглашена Торжеством Православия. А вера отцов Семи Вселенских Соборов есть вечная и непреложная основа Православия.

Верны заветам старины

 

Деяния Пято-Шестого (Трулльского) и Седьмого Вселенского Соборов о церковном искусстве неразрывно связаны с утверждением в Церкви христологического догмата о Боговоплощении. И если первый из них принял иконописный канон, то второй – утвердил догмат об иконопочитании. Этим судьбоносным соборным решениям в современном мире остается верна, в отличие от католиков и протестантов, одна только Православная Церковь, чем и обусловлен как неослабевающий повсюду интерес к древнерусской иконописи, так и начавшийся после празднования 1000-летия Крещения Руси подъем современного православного церковного искусства.

 

+

Стихов я не пишу с юношеских лет. Но в переломные, значимые моменты жизни строчки выплывают из подсознания, и я их просто записываю, чтобы они остались фактом не столько литературы, сколько биографии, личной жизни. Будут ли они кому-нибудь интересны, настанет ли им свой черед (М. Цветаева) – Бог весть. Это как журнал для себя и своих, для домашних. Проходят годы, и он, глядишь, становится свидетелем эпохи, значимым и для других людей. Кто знает, какова будет судьба этого стихотворения:

 

 

Коломенское

 

В Коломенском – мороз.

И снег искрится в мертвенном огне.

Там – черный ветр. Последний век

К гражданской падает войне.

 

Там среди царственных дубов,

Могил врагами оскверненных,

Как тени с клацаньем штыков

Плывут патрульные военные.

 

Там возле храма Вознесенского

Наперекор всему и всем

Надеждою любви вселенскою

Разносится девичий смех.

 

И Богородица Державная

Прощает наш великий грех,

И братское вино вливается

В по-новому скроенный мех.

 

 

с. Коломенское,

декабрь 1993 г.

 

Стихотворение «Коломенское» далекого теперь 1993 года привел как иллюстрацию к тому, что образ Божией Матери Державной уже навсегда вошел в мою жизнь, как вошел он и в жизнь многих и многих православных людей, как вписан в летопись России, как вписан в бытие Вселенской Православной Церкви.

 

 

 

Список литературы:

 

  1. Успенский Л.А. Богословие иконы Православной Церкви. М., 1989.
  2. Асмус В., прот. История Церкви. Курс лекций. ПСТБИ, М., 1998.
  3. Болотов В.В. Лекции по истории Древней Церкви. История Церкви в период Вселенских Соборов. Т. 1У. М., 1994.
  4. Бобров Ю.Г. Основы иконографии древнерусской живописи. СПб., 1995.
  5. Книга правил святых апостол, святых Соборов Вселенских и Поместных и святых отец. М., 1893. Репринт СПб., 1993 .
  6. Успенский Ф.И. История Византийской Империи VI-IX вв. М., 1996.
  7. Рыжов Ю. Философия иконы в традиции Востока и Запада. Интернет.