Пасхальный рассказ К. Коровина

СВЕТЛОЕ ХРИСТОВО ВОСКРЕСЕНИЕ

Пасхальный рассказ выдающегося русского художника Константина Коровина.

Долго тянулся Великий пост. Страстная неделя. Все серьёзные, хорошие, уж не болтают зря, попримолкли. В споры не ударяются.

— За пост-то я пришёл в себя, — сознался мне один приятель.

А Василий Княжев сказал:

Тронулась Москва-река. Поглядишь, народ-то в посту больше в разум входит, совестится. Берёзкин мне пальто подарил. Глядите-ка, новое.

Василий, расстегнув пальто, показал подкладку и опять застегнулся.

— Подобрел.

Василий зашипел, смеясь.

— Ведь, как сказать, пост всех на точку ставит, так сказать, на прицел берёт. Заметно пьют менее. Я, верите ли, можно сказать, за весь пост трёх бутылок не выпил. Малость какая! И к весне деньжонки собрал. Берёзкину отдал спрятать.

— А он на праздник тебе отдаст?

— Даст. Не все. Я его просил, чтоб все не давал. Кажинный хозяин ведь зверь. Так уж в них сызмальства заложено. Другой хозяином никак быть не может, потому – в ём-то это – простота, угощенье, разговоры, друзья, приятели, ну, в кармане то и пустеет. А хозяин другое. Ты у него просить, а он с тебя тянет, а его не перетянуть. У его логика… Глядите-ка, Константин Лисеич, эвона над вокзалами, где Сокольники, журавли летят, — показал в окно Василий. – Их, вольно летят.

— Это, знаешь, шут знает, что такое, — сказал, входя, приятель Коля Курин.

— Здравствуй. А что такое? — спросил я.

— Зашёл к Васе, непонятно, он говеет и, понимаешь, ничего ему сказать нельзя. Говорю: вот теперь бы в деревню к Косте поехать хорошо. Вербное воскресенье, верба, как бисер блестит у него у колодца. А он мне говорит «довольно разговаривать». — Почему? — спрашиваю. — Что такое? — А то такое, — говорит, — что дни такие». —- «А что же я сказал то?» — «А то, что грех, весна, верба блестит, скорбеть душой надо…»

+

Что может быть лучше весны в России Леса и рощи заливаются пением птиц. Зелёным бисером покрыты кружева деревьев.

Шумят ручьи и голубые дали манят туда, туда… Там, в этих далях, всё то, чего ищет душа твоя, чему радостно бьётся сердце, там счастье, там она, которую ты видишь в воображении, прекрасную, как сама весна… Юность, счастье…

В весне есть таинство обновления. Она беззаботна, весела. В ней всё жизнь и сила жизни. Весна гонит горе и не хочет его знать. Весна всегда молода.

И какая красота – праздник Светлого Христова Воскресения весной. Так он был радостен в России. Разливаются колокола красным звоном церквей московских.

Все нарядились, кто как мог. Христосуются, целуются.

В каждом доме кулич, пасха. Радостно встречают гостей, угощают без конца.

Я помню – это всё было. И всё пропало, как не было. Осталась какая-то волшебная сказка в воспоминании. Всё пропало. Сгинуло и потонуло в ненужном ужасе, в голоде, искании куска хлеба, щепотки соли, в тифу и мраке бреда, в злейшей взаимной ненависти…

А может быть, просто это наше видение? А может быть, это тоже только страшная сказка. Может быть, в истории человеческой жизни свершаются сказки, мешается счастье с несчастьем… Может быть, вновь воссияет солнце, и весна вновь чудом оживит сердца человеческие светом разума?..

Константин Коровин[*].

«Возрождение» (Париж). № 4178, 7 апреля 1939 г.

Примечание:

[*] Коровин Константин Алексеевич (1861-1939) — русский живописец, театральный художник, педагог и писатель. Академик Императорской Академии художеств (с 1905). Главный декоратор и художник московских театров (с 1910 г.). Посетил Париж в 1887, 1892 и 1893 годах, где познакомился с импрессионизмом. Значительное место в творчестве Коровина занимал Париж. В 1900-х годах художник также активно работал в театре, создавая эскизы костюмов и декорации к драматическим постановкам, операм и балетам.

Во время Первой мировой войны работал консультантом по маскировке в штабе Русской Армии.

В 1922 году выехал за границу и поселился во Франции. Наряду с даром живописца, обладал незаурядным литературным талантом. Написал более четырёхсот рассказов, которые публиковал в эмигрантских парижских изданиях: «Россия и славянство», «Возрождение» и др.

Скоропостижно скончался от сердечного приступа 11 сентября 1939 года; похоронен на Бийанкурском кладбище. В марте 1950 года на средства, собранные русскими парижанами, останки Коровина и его жены перенесены на православное кладбище в Сент-Женевьев-де-Буа.